Отношения

То что жена его любит и верна ему, Саня знал, на сто процентов, но...

Вот это, но, большое такое жирное, не давало ему покоя.

Жена у Сани была красивая, даже очень.

Он сам себе не верил, что такая красота живёт у него, Сани Иголкина дома, что вот эти глаза смотрят на него, только на него и не просто смотрят, а с любовью.

Эти руки гладят его, Саню, губы целуют только его и всё, всё, всё это его Санино.

Не верит Саня сам себе, вот хоть что ты...

А другие и подавно не верят, даже мать Санина, тётка Прасковья, она тоже не верит.

- На чёрта ты её приволок Сашко? На погибель сабе, али чё? Игде твои глазаньки были, нешто не видал каку жароптицу в дом ташшышь?

-Та мама, ну что вы?

-Та нячё, нячё, Сашко, а погубит она тя, от помяни моё слово, нет мояго матяринскага благославеня, нет, нет и нет!

Жаловалась тётка Прасковья, что не мог Сашко девку из ровных себе взять, лучше бы какую кривую, косую или гулящую, да только не эту.

Говорила, что даже глазам больно, на красоту такую смотреть.

Мол, как заговорит, так огонёк в лампе колеблется, всё в руках горит, рукодельница, готовит, шьёт, вяжет, вышивает, да только не ко двору, не нужна такая и даром.

Без друзей Саня остался, тоже благодаря жене, кого жёны отвадили, а кого и сам, даже с братом старшим поссорился, увидит Веру Сёмка и встанет столбом, любуется.

Саня раз сказал, другой, а на третий подрались, с братом-то, жена Сёмкина, рябая Варвара, прибежала, хотела Вере волосы драть хорошо мать дома была, не дала.

-Убью, убью, - визжала Варвара, - одного тебе мужика мало? Мово хотела забрать, от тебе, накося, выкуся, - Варвара плюнула на ладошку и скрутив фигу, показала её испуганной Вере.

Кричала и визжала рябая Варвара на всю улицу, привлекая к себе внимание людское, хоть и знали все что не виновата Вера, однако сочувствовали рябой Варваре, а не Санькиной жене.

Нет дыма без огня, так порешали.

-За что она меня так, матушка, - плачет Вера.

-Знамо естя за што, видима хвостом крутила, аки лясица, от Варькя и прибёгла, она за Сёмку глотку перегрызёть, а ты, ото поменьше глазюками зыркай, да мужика свово почитай, оно лучша будеть.

Санька уже знал, что Варвара прибегала, пожалел жену наедине, а при матери построжился, мол надо с роднёй общий язык находить.

На следующий день напекла шанег Вера, да и отправилась к сношеннице, мириться мол.

Да та как заехала ей этой миской в лицо, губу разбила, орала будто режут.

-Ах ты же бесстыжая, мало я тебе волосьев потрепала, - врала рябая Варвара, - а ты бесстыжая ишшо и в дом мой завалилась, хорошо тебе с моим мужиком на постели супружней было валяться? Хорошо?

Шла Вера под неодобрительными взглядами соседей, все знали, что врёт рябая Варвара, все знали для чего пришла Вера, а всё же осуждали Веру, а Варвару жалели, Вера чужая, а эта своя.

Врунья, заполошная, дурная баба рябая Варвара, да своя.

А Вера чужая.

Да ещё и красивая.

Орала вечером благим матом рябая Варвара, когда Сёмка её вожжами волтузил, на коленях стояла, за ноги цеплялась, молила Христом Богом, а через два дня опять сплетни про Веру понесла, подлая баба, а всё же жалеют Варвару, а не Веру, из-за неё Сёмка, из-за Верки этой Варвару лупцует.

Дошло до того, что перестали Саньку с Верой в гости звать, один приходи, а с женой нет.

Начал Санька попивать немного, да жене то леща даст, то ткнёт, то щипнёт.

На свадьбу к Санькиной сестре двоюродной поехали, в соседнее село, так еле живая добралась до дома Вера, даже свекровь напугалась, а уж Санька как проспался, то и вовсе, волком выл и волосы на себе драл.

Избил он свою Веру, все мужики, мол, пялились на неё, а ему стыдно от этого было.

Вот он её и возюкал все двенадцать вёрст, то пинал, то впереди лошади заставлял бежать, подгоняя кнутом, раз по лошади, два раза по Вере.

Ночью вышло из Веры что-то, вся кровью залилась, пока пьяный Санька спал, фельдшер, за которой сбегала свекровь, сказала, что ребёнок вышел, выкидыш.

И будут ли дети ещё у Веры, то на воде вилами писано.

Выл Санька, волком выл, пальчики Верочке своей целовал, на мать прицыкнул, сказал хоть слово против жены ему или кому скажет придушит.

Вот так -то мать родную и придушит, но послушала старая, старалась язык на замке держать.

А через пару месяцев на концерт в клуб пошли, Вера пела хорошо, да Санька ни-ни, не разрешал, ну вот пошли, а там приезжие из района и один Веру увидел, аж ножками засикотил.

-Вера Алексеевна, вы ли?

-Я, Андрей Парфёнович.

-Красавица вы наша, а мы все гадаем куда вы подевались? А вы в глуши, здесь...

-Да, вот замужем, муж мой, Александр Максимович Иголкин.

-Иголкин? Это не тот ли Иголкин, комбайнёр, стахановец?

-Да, это мой муж...

-Даааа, вон как судьба распорядилась. Что же, желаю счастливой жизни, с комбайнёром и стахановцем, Александром Максимовичем Иголкиным...

-Спасибо, вам тоже счастливо.

Заело Саньку, чем он хуже этого лощёного? Зарабатывает хорошо, может позволить жене не работать, а дома...Дома сначала допрос Вере учинил, а потом...Потом по лицу ударил, в плечо толкнул и под дых дал.

Закричала Вера, словно птица раненая, да выскочила в чём, была, убежала вдоль по улице.

Не погнался Санька за ней, а куда ей деваться? Ну побегает, к речке может спустится, повоет у ветлы, да домой и вернётся.

А бабу, её учить надо, тогда шёлковая будет.

Выпил ещё самогона и спать завалился.

Проснулся утром, башка трещит.

-Вера...Верочка, дай рассольчика, милая.

Тишина, мать у сестры третий день в гостях, а где же Вера? В магазин может пошла? Так туфли вон стоят и плащик висит и сумочка, ну да, сумочка, модная она у него, жёнушка, сумочку всегда с собой носит, там ничего такого, в той сумочке, он Саня сам смотрел.

Кошелёчек маленький, зеркальце, что нос не увидишь, пудра какая-то, да помада, а ещё духи маленькие.

Пойдут куда, она Вера вот с этой сумочкой.

-Та на чёрта она те сдалась, Вер?

-Так положено Санечка, - смеётся.

-Та, кем положено, Вера? Не видал ни одной бабы в деревне чтобы с собой авоську носили, ха-ха-ха, - смеётся Санька.

Может Вера наконец-то начала как все бабы, нормально ходить в магазин, с авоськой в кармане?

Вера не пришла через час, и к обеду, а к вечеру всё село знало, что от Саньки Иголкина жена сбежала с городским полюбовником, ждал он, мол, её, в защитке, что в конце села.

Подхватил на руки, то кружил, то целовал - миловал, сели в машину чёрную и уехали.

Кто это сказал?

Так рябая Варвара.

Многие видели, как бежала в слезах, босая, в одном разорванном платьишке Вера, как выбежала на дорогу и упала, как раз артисты, что из района приехали, отъезжали от клуба, выскочили, на руках её без чувств в автобус занесли и уехали, но...

Вера чужая, а Варвара рябая и Санька, и тётка Прасковья, Санькина мать, они свои.

Ну и что?

Подумаешь, погонял мужик немного, знать за дело...

Через две недели приехали хмурые, здоровые ребята, братья Верины и тётка с ними Верина, за вещами и документами.

-Смотри, не приезжай лучше в город... увидим...плохо будет.

-Где жена моя?

-Забудь.

-Эээх, ты. Кусок золота тебе дали, с конскую голову, а ты всё профукал, тьфу на тебя, ярыжник, найди по себе бабу, вон косоротую Дуньку, что песни у вокзала поёт, вот тебе пара, загубил девку, ирод, - плюнула тётка Саньке под ноги и пошла в машину.

-Энто ж Санькя ей вешши куплял, - встряла мать.

— Это всё Верино, пусть забирают, - махнул рукой и ушёл в комнату.

Два дня лежал, на работу не ходил.

-Ооой, ооой, - причитала тётка Прасковья, -сглазяли, ироды, ооой, батюшки, - и бегала к старухе Вороновой за святой водичкой, чтобы умыть Саньку.

Говорила яму, ня ездий ты Санька, в энтот город, ня вязи энту фифу, ооой.

Пока мать выла, да причитала, пыталась снять порчу с сына, Санька встал, взял верёвку и пошёл в сарайку, хорошо девка Полозова заметила, как закричит, за ноги держала Саньку, подняла и держала, откуда только сила в девчончишке взялась, пока мужики прибежали да, отрезали ту верёвку.

Живой Санька, только горло немного повредил, хрипел долго.

Спасительницу потом отблагодарил, конфет ей шоколадных целый подол насыпал, да отрез штапельный на платье подарил.

Она потом, как подросла, в платье из того отреза, на свиданку к Саньке бегала, да вот так.

Вырастил можно сказать себе невесту.

Замуж за Саньку потом вышла, детей нарожала.

Как -то девчонка их с Санькой дочка, нашла фотографию старую, да матери принесла.

-Мама, а кто это, артистка такая красивая?

-Так, тётка чужая. Положи, где было или лучше дай мне.

-Не дам, - дочь спрятала руки за спину, - ты в печке сожжёшь.

- Убери сглаз моих, увижу...сожгу.

Спрятала маленькая Верочка фотографию своей чужой тёзки, ничего сделать жена не могла с Санькой, сказал Вера будет, хоть что ты ему, и плакала, и пыталась на свой манер, Танечкой звать, как глянул раз, будто холодом обдало, руку на жену не поднимал ни в коем случае, а так посмотрит...Лучше бы ударил, думает иной раз жена.

Так у Иголкиных своя Верочка появилась, родная.

Супругу свою первую так Санька и не видел больше, однажды были с женой в городе видел он, как из магазина вышла женщина красивая, такая что дух захватывал, а следом девчонка, шибко на ту женщину похожая и ещё на кого-то, Санька чуть шею не свернул.

-Санька, - услышал он красивый, до боли знакомый голос, - ты чего там плетёшься, давай быстрее, нам ещё надо к бабушке с дедом поехать.

-А папа?

-Папа позже подъедет.

Обернулась женщина, в лице поменялась на секунду, села быстро в машину и девчонку затолкала.

Приехал домой Санька, нашёл фотографии свои детские, немного, одну в год по мере того, как рос Санька, у всех так было...так вот кого напоминает девчонка...его Саньку, вот он в четырнадцать лет...

Ушёл на речку, волком выл, песок в рот себе толкал... руки все посодрал.

Дочь, это его дочь, да как скажешь...Кому?

Не сберёг, это же она тогда...беременная от него, от Саньки...Ведь любила его Вера, любила сто процентов, а он дурак...

***

-Мама?

-Да?

-Тот дяденька...

-Какой дяденька? Санька?

-Там у магазина...ты будто призрак увидела, кто он?

-Откуда же мне знать Санька? Разве я могу знать всех дяденек в городе?

-Он смотрел на тебя, а потом на меня, мне показалось что-то знакомое в его лице.

-Да? Странно, все люди делятся на типажи, скорее всего тот дяденька похож на кого-то из знакомых тебе, Санька.

-Да? А мне показалось что он...похож на меня.

-С ума сошла? У того дяденьки были усы, а у тебя нет, - смеётся Вера.

-Мама, а откуда ты знаешь, что у него были усы? Ты его тоже заметила?

-Санька, у всех дяденек есть усы.

-Не у всех, у папы нет...Мам, а тот мой родной папа, он точно умер?

-Точно. Всё, хватит это уже не смешно.

- А я и не смеюсь...Я до пяти лет его ждала и верила, что это ошибка, а потом ты вышла замуж за папу Андрея, я тогда перестала его ждать.

-Я тоже, - подумала Вера, - я тоже...

....... автор - Мавридика де Монбазон 

Мужчина 36 лет

— У меня проблемы с женой, - сообщил клиент, хорошо одетый симпатичный мужчина со слегка раскосыми глазами и смуглой кожей. – Даже не знаю, как это назвать…

— Не обязательно давать точное определение, опишите как можете.

— Вообще, Катя – очень хорошая женщина, - немного замялся он. – Красивая, умная, хорошо готовит, не пилит по чем зря. Нашла общий язык с моими родителями – мать в ней души не чает. Я думал, что она ей в ножки упадет, со словами: «Слава Богу, хоть кто-то заберет у нас этого обалдуя».

— Но вы говорили, что есть какая-то проблема.

— Она мной манипулирует, причем очень, очень тонко – так, что я даже этого не замечаю, - разом помрачнев, заявил Михаил. – У обычных людей как: ей чего-то не хватает, тогда или зарабатывает сама, или просит мужа, а если он не может, то начинает пилить – мол, у подруги есть что-то там, а у меня нет. Или вон смотри, Ленка с мужем поехали на море, а мы уже четвертый год дома сидим, и так далее.

— Ваша супруга делает не так?

— Если бы ей захотелось на море и нужны были деньги на это, то есть мне бы пришлось немного поднапрячься на работе, то она бы однажды встретила меня вечером, почитывая какой-нибудь журнал, где на развороте был изображен пляж. А потом пошла бы смотреть сериал, где там люди на самолете потерпели крушение около тропического острова – не помню, как называется. В общем, делала все, чтобы я понял будто ей это очень нужно, но при этом ни проронила бы ни слова.

— Хм… - задумчиво пробурчала я.

— Недавно ей вздумалось отдать нашу дочь в частную гимназию вместо обычной школы. Якобы там лучше образование и вообще из воспитанников вырастают только успешные люди. На мой взгляд, это – настоящий бред, но я даже поспорить не мог - не было возможности. Суть проблемы не в деньгах – просто мне бы пришлось вставать с утра пораньше каждый день и везти ребенка в школу. Она уже все за меня решила и начала приводить план в исполнение: рассказывать о том, как важно дать ребенку лучшее образование, что сегодня мы инвестируем в него, а завтра получим хорошо развитую личность, способную идти по жизни с высоко поднятой головой и заодно принести нам внуков. И при этом всем я даже и знать не знал о том, что где-то есть та самая особая школа. Короче она подводит меня самого к мысли что надо бы найти ребенку место получше и стоит только мне ее озвучить как бац! Тут же выясняется, что буквально неподалеку есть нужное заведение и учеба там совсем недорогая – нужно будет только утром отвозить дочку на машине, а после обеда жена сама будет ее забирать. И вот понимаете, в чем дело – я ведь уже не могу отступить, после того как сам сказал, что так и нужно сделать.

— Ваша жена – умная женщина.

— Это, бесспорно, - рассмеялся он. – И более того, за двенадцать лет брака она множество раз подталкивала меня к тем или иным поступкам, которые в итоге привели к увеличению семейного благосостояния. Так я однажды не влез в авантюру, сумел сменить профессию, поборол страх публичных выступлений и так далее. Я с уверенностью могу сказать, что без Кати я бы никогда не достиг того, что имею. Но это не отменяет того, что я чувствую себя куклой в ее собственном театре. Мне неприятно чувствовать будто все что я делаю, согласовано с ее видением нашей жизни. Пусть я буду совершать ошибки, но это будут мои ошибки, и я буду на них учиться!

— Ваши чувства мне понятны, - отложив в сторону блокнот, ответила я. – Скажите, вы пробовали с ней об этом говорить?

— Нет, - покачал головой Михаил. – Я просто не могу заставить себя сделать это.

— Почему?

— Потому что знаю, что не смогу остановиться. Это как выкурить сигарету на бензоколонке – одна искра и будет взрыв. Я боюсь не сдержаться и разругаться с ней так сильно, как только возможно. Чаша моего терпения переполнена…

— Мне кажется, что вас больше раздражает не сам факт манипулирования, а то, что при этом она использует в качестве рычага давления вашу любовь? Только любящий человек способен отринуть свои интересы и начать что-то делать, ради того, чтобы объект его чувств смог быть счастлив и получить желаемое, будь то отпуск на море или что-то другое.

— Возможно, - сцепив пальцы в замок, произнес мужчина. – А еще мне не нравится то, что у меня нет выбора – она мне его просто не оставляет.

— В таком случае, лучшим способом исправить эту ситуацию станет совместный разговор. Я выступлю на нем в качестве третьей стороны и донесу до Екатерины ваши чувства и переживания. Уверена, это будет полезно для вас обоих. Вы сможете это организовать?

— А есть альтернативы?

— Мы могли бы поработать над новой стратегией вашего поведения, которая предусматривает сопротивление тому, чтобы вами манипулировали. Вы научитесь говорить: «Нет», - в тех случаях, когда чувствуете, что вас лишили выбора. Еще мы можем порассуждать о вашем месте в семье и о том каким вы его видите в идеале, после чего попытались бы приблизиться к этому состоянию. Но, если честно, разговор на троих – это самый быстрый и действенный способ.

— Почему?

— Потому что семья – это не один человек, а как минимум двое. Если оба начнут слушать, меняться или хотя бы что-то делать ради укрепления имеющихся связей, то это будет в разы эффективнее.

— Понятно… Я попытаюсь привести ее сюда, но обещать не буду, - пробормотал он и, после небольшой паузы, добавил. – Надеюсь у меня получится.

Однажды я понял чужую боль.
Мы были на кухне. Лида готовила. Я помогал ей, как мог – стоял рядом, крутил в руках зарядку для телефона и развлекал содержательной беседой.
В какой-то момент она вдруг перестала резать овощи. Уперлась руками в край стола. Некоторое время стояла, будто к чему-то прислушиваясь. Затем извинилась и вышла.
- У нас есть что-нибудь обезболивающее? – Спросила она, когда несколько минут спустя вернулась на кухню. – У меня началось это самое.
- В холодильнике вроде оставался анальгин. Как ты в целом? – Поинтересовался я, выписывая блоком питания от зарядки восьмерки в воздухе.
- Как после морского купания. Отлично я в целом. Сам-то как думаешь? – Мрачно огрызнулась Лида. - Паршиво мне…
- Ой, да ладно, - беспечно ответил я. – Подумаешь большое дело. Каждый месяц ведь случается. За столько лет уже можно и привыкнуть.
Возникла напряженная пауза. Лида сердито смотрела мне в глаза. Я нервно раскручивал зарядку «солнышком».
- Ну и дурак же ты, прости господи… - Наконец сказала она и быстрым шагом направилась к кухонной двери.
- Погоди. Слушай, я не то хотел… - Остановил я ее. Но жестикулируя, видимо слишком резко изменил положение руки. И блок питания от зарядки с размаху врезался мне в яичко.
- М! – Коротко пискнул я. Долю секунды ничего не происходило. По опыту я знал – сейчас произойдет. Вот эта непередаваемая пара минут, когда хочется просто не существовать.
Предчувствие сбылось. На меня нахлынула дурнота. Да так резко, что я моментально согнулся пополам. И крепко приложился лбом о кухонный стол.
- Ой-ей-ей… - Повторял я, пятясь на полусогнутых ногах. Перед глазами мелькали звезды. От звенящих яичек по телу разливался черный холодный вакуум. Голова наливалась тяжелой болью. Я оказался в каком-то космосе паршивых ощущений. И напрочь потерял ориентацию в пространстве. Чтобы ненароком не покалечить себя еще сильнее я в итоге уселся прямо на пол.
Когда туман перед глазами рассеялся, я увидел, что Лида стоит в дверном проеме, сложив руки на груди.
- Ну как ты? В целом? – Не без яда в голосе осведомилась она. – Хорошо себя чувствуешь?
Я отрицательно помотал головой.
- А теперь представь, что эти ощущения у тебя пять дней подряд. Каждый месяц. Как думаешь – сможешь привыкнуть?
- Пожалуй, нет. – Ответил я, осторожно поднимаясь с пола. Дурнота понемногу отступала. А вот головная боль наоборот – усиливалась. – Ладно: я был неправ. А теперь - можешь дать мне тоже анальгина?
- Нет. – Ответила Лида. – Я выпила последнюю таблетку.

Однажды в Питере #13

Однажды я прогонял ночные страхи.
Мне снился сон. Я был маленьким мальчиком и сидел на представлении в цирке. Потом я каким-то образом оказался на арене и на меня наступил слон. Я лежал на осыпанном опилками полу, а огромная слоновья нога стояла у меня на груди.
- Слон, убери, пожалуйста, ногу. Я дышать не могу – Пытался уговорить я животное. Но слон только дружелюбно улыбался мне и время от времени негромко трубил в хобот. Публика аплодировала.

Во время отчаянных попыток выползти из-под слоновьей ноги я проснулся. На груди у меня мирно дремал кот Мортон и негромко мурлыкал во сне. Шумел холодильник.
Лида лежала рядом и задумчиво изучала потолок.
- Ты чего не спишь? – Поинтересовался я.
- Шшшшш. Говори тише. Кота разбудишь – громко прошептала Лида. – Не спится. Мысли всякие лезут.
- Что за мысли? – таким же шепотом уточнил я.
- Долго объяснять.
- Да я никуда не опаздываю.
Кот открыл глаза, осуждающе оглядел нас обоих. Затем с чувством потянулся и не спеша отправился спать на кухню. Подальше от всяких ночных болтунов.

- В общем, я тут лежала. Пыталась уснуть. – Продолжила Лида уже нормальным голосом. - А потом вспомнила, как в детстве по телевизору показывали «Секретные материалы». Мне их смотреть не разрешали. Но из другой комнаты было слышно звук. А иногда я подглядывала. Самое жуткое там было – вот эта музыка в заставке. Помнишь? Такое потустороннее насвистывание.
- О да - Я попытался насвистеть мелодию. Получилось не очень.
- Да, вот эта. Хотя насвистел ты ужасно. Короче я потом полночи так же лежала и не могла заснуть, потому что боялась, что меня украдут инопланетяне.
- Ты сейчас боишься, что тебя украдут инопланетяне?
- Нет. Сейчас я подумала о другом. Тогда самое жуткое в похищении было то, что… Ну вот представь: над тобой космический корабль. Из него бьет луч света и затягивает тебя внутрь. Так?
- Предположим.
- И ты пытаешь кричать, но никто тебя не слышит. Все вокруг спят и никто не поможет. Вот что было самое страшное. А еще то, что пришельцам нет никакого дела, что ты не хочешь к ним на корабль. Этот их луч просто затягивает тебя и все. Понимаешь?
- Думаю, что да. – Подумав, ответил я. - Но ты же не веришь в инопланетян и летающие тарелки?
- Не в этом дело. Я просто подумала, что когда ты умираешь это, наверное, происходит примерно так же. Сколько бы рядом ни было друзей и родных, когда наступит тот самый момент - никто из них не сможет ничего сделать. И смерть, она как тот инопланетный луч – просто раз! – и затянет тебя. И ей тоже будет все равно готов ты или не готов.

Мне хотелось ответить что-нибудь умное и ободряющее. Но спросонок в голову лезли только фразы навроде: «Жесть какая-то», «Мда» и «Эй, все будет хорошо». Наконец, мне в голову пришло что-то более конструктивное.
- Ну, ты ведь не знаешь, что будет после этого. Возможно, на другой стороне не так уж плохо. Пользуясь твоим же сравнением – пришельцы могут оказаться славными ребятами.
- Точно этого никто не знает. И это тоже пугает. То, что ты не знаешь, что там будет, но у тебя нет другого выбора. Это так или иначе однажды произойдет. Рэди ор нот.

Я взял ее руку в свою. Некоторое время мы лежали и молчали. Наконец я сказал:
- Лида?
- М?
- Раз уж мы все равно не спим…
Лида вопросительно подняла правую бровь.
- …И раз уж никто из нас еще не умирает…
Ее левая бровь присоединилась к правой.
- …Может тогда перекусим?
- Светлая мысль. – Легко согласилась она. И мы пошли на кухню. К чаю, еде и крайне недовольному сонному коту.

Выпуск 2.20

Однажды я принял решение

Кажется, это была суббота.

Ветер гонял за окнами серые тучи. C неба сыпался мелкий дождь. На первый взгляд конец апреля был неотличим от начала октября.

Лида сидела за своим письменным столом, спиной ко мне и сосредоточенно рисовала акриловыми красками свой третий натюрморт. Я недавно вернулся с работы и занимался обычным в таких случаях делом – сидел на диване в полуспущенных штанах и одном носке и созерцал своё внутреннее «я». Отвлёк меня от этого, безусловно важного занятия, телефонный звонок.

- Ты совершенно случайно не желаешь выпить пива? - Не тратя лишних слов на приветствия, поинтересовался из трубки Валера.

Я посмотрел на неуютную морось за окном. Потом перевёл взгляд на свои ноги, одна из которых всё ещё была в уличных джинсах.

- Нет. Совершенно не хочу.

- Ну ладно… - Тяжёлым вздохом отозвалась трубка.

- Кто звонил? – поинтересовалась Лида, не отрываясь от натюрморта.

- Валера. Звал пиво пить.

- Компания собирается?

- Нет. Вдвоём.

- И ты отказался? – Наполовину утвердительно спросила она. Я кивнул.

– Решать тебе. Но я бы советовала сходить.

- Нет настроения. Погода плохая. Да и пить совершенно не хочется…

Лида повернулась ко мне.

- Да не для себя, балда. Для него. Он зовёт тебя посидеть вдвоём. Значит, скорее всего - хочет выговориться. У него уже давно тоска вселенская в глазах. Будь хорошим другом, сходи и выслушай.

Я поразмыслил и повертел в руках телефон.

- Алло, Валера? Я тут как следует подумал и неожиданно решил, что пива я всё-таки хочу…

Встретились мы в маленьком баре на Большой Морской. В двух шагах от Арки Главного штаба. Заведение было обставлено так, будто хозяева свезли в помещение разнокалиберную мебель с родительских дач. Не исключено, что так оно и было на самом деле. На стенах висели чёрно-белые фотографии легендарных рок-звёзд в деревянных рамках.

Я взял в руки барную карту. Бегло просмотрел ценники напитков. Вывел примерную среднюю стоимость. Мысленно разделил на неё имевшуюся в карманах наличность. Забыл, что и на что я делил и перестал понимать, что означает получившееся число. Но заподозрил, что денег у меня с собой недостаточно.

Пока я боролся с искушением заказать воды, Валера возложил длань на барную карту и объявил, что он сегодня угощает.

- В сериале снялся, - пояснил он, поймав мой удивлённый взгляд. И с гордостью добавил: - Гонорар.

Освещение в баре было довольно тусклым. Я присмотрелся и понял, что лицо моего друга покрывает бледный грим.

- Кого ты сыграл, - не удержался я. – Эдварда Руки-ножницы?

- Руки-ножницы… - Вполголоса пробурчал Валера. - Я скорее Эдвард Руки-наложницы… Труп я сыграл.

- А где? – Изобразил я простодушие.

- В сериале про ментов. Вот тебе обязательно всё портить?

Мы пили пиво, а Валера рассказывал про пробы и съёмки. Когда нам принесли по третьей порции, я слегка разомлел. Обстановка казалась уже уютной. Непогода за окном только усиливала это впечатление. Я необдуманно сказал:

- Я тебе немного завидую.

Валера замолчал, повертел в руках бокал и тихо спросил:

- Ты о чём?

- Тебе повезло. - Пояснил я, - ты нашёл своё призвание. Знаешь, чем хочешь заниматься в жизни. Получаешь от этого удовольствие…

Валера посмотрел за окно долгим взглядом. Наконец, он отчеканил:

- Какая интересная точка зрения…

Я вскинул брови.

- В данном контексте, - объяснил он, - это вежливый заменитель фразы: "Ты дурак".

Он немного помолчал и откашлялся.

- Ты может быть не заметил, но я вообще-то три года поступал в театральный. Тебе когда-нибудь говорили в лицо, что твои мечты так мечтами и останутся? Советовали заниматься чем угодно, только не тем, что нравится? Потому что способностей и таланта у тебя нету. Мне вот говорили. Очень честно и прямо. А я всё равно уходил, готовился и через год возвращался. Очень сильно хотел этим заниматься. Бегал от военкомата. В театрах оборудование за три копейки таскал. Лишь бы поближе к театру быть. Чтобы чему-нибудь научиться можно было.

Я сверлил глазами пивной бокал. Очень хотелось провалиться сквозь землю со стыда. Мешала расшатанная доперестроечная мебель.

- И каждый вечер я стоял за кулисами, - продолжил Валера, слегка повысив голос, - и не мог сам выйти на сцену. Вместо этого - стоял и смотрел, как поднимается занавес и при вечернем освещении, в комнате с тремя стенами, эти великие таланты, жрецы святого искусства изображают, как люди едят, пьют, любят, ходят, носят свои пиджаки. Как из пошлых картин и фраз стараются выудить мораль. Маленькую. Удобопонятную. Полезную в домашнем обиходе. Как в тысяче вариаций мне преподносят всё одно и то же, одно и то же, одно и то же…

- Погоди, - изумился я, - чувак, ты чего - монолог Треплева из "Чайки" мне сейчас погнал?!

- Да… Кхм. Увлёкся… - смутился Валера, моментально вернувшись с небес на землю. - Но основную мысль ты вроде уловил. Я занимаюсь своим делом, потому что приложил для этого много усилий. Везение тут ни при чём.

Я кивнул.

- Я на подумав брякнул.

Валера сделал хороший глоток, со стуком поставил бокал на стол и посмотрел мне в глаза.

- Давай я расскажу тебе одну короткую историю. Про везение.

Я снова кивнул.

Валера вздохнул и начал говорить. Обычно он рассказывал истории глубоким, напевным и завораживающим голосом. Благодаря чему, без труда завоёвывал внимание и маленькой компании, собравшейся выпить на чьей-нибудь кухне и целого зрительного зала. Но сейчас его речь была непривычно тихой и усталой.

- Примерно полтора года тому назад я получил маленькую роль в одном проходном спектакле в театре на петроградке. У меня там было совсем немного реплик. Как-то с самого начала не очень пошло. Сам театр мне не нравился. Состав был какой-то несработавшийся. Все неприветливые. Режиссёр скандальный… Но делать нечего - надо играть. Работа есть работа.

Как-то вечером, во время репетиции, сижу я себе в гримёрке. До моего выхода ещё долго, поэтому сижу и жалею себя. Как у меня всё неутешительно в жизни складывается. И вдруг слышу девичий голос: "Вы малинки не хотите?".

Поворачиваю голову и вижу Катю. Нашу мебельщицу. Совсем ещё молодая девчонка. На неё там особо внимания никто не обращал. Да и сама она тихая была. По-моему, когда она спросила про малинку я вообще в первый раз её голос услышал.

Я завис. "Чего?", - спрашиваю. Она протягивает мне чашку. Там малина. Свежая.

Валера отхлебнул из бокала и немного помолчал.

- Сижу я, значит. Ем малину. Молча есть неловко. Поэтому начинаю спрашивать откуда она. В смысле - и малина откуда у Кати и сама она откуда родом. Мало-помалу разговорились. Она смешная девчонка оказалась и ужасно милая. В общем, когда через динамик меня на сцену позвали, я подумал: "А жизнь-то налаживается". И с тех пор правда как-то стало налаживаться. Я придумал пару интересных мелочей для своего героя. С ребятами потихоньку нашли общий язык. Режиссёр тоже в итоге нормальный оказался, хоть и скандальный. С Катей мы очень часто болтали. Она всё время какими-нибудь персиками-конфетами меня угощала. Мы с ней постоянно придумывали какие-то дурацкие игры. Было весело.

Я молчал. Валера сделал ещё глоток.

- Она была замужем. Внешне вообще не мой тип. Худенькая, маленькая, подстрижена под ёжик. Мне кажется, мы оба понимали, что ничего, кроме дружеской болтовни у нас быть не может. Короче это был не роман. - Словно оправдываясь, поспешно добавил мой друг. - Но через некоторое время я понял, что всё время жду, когда наконец будет репетиция или спектакль и я смогу увидеться с Катей. А когда она не приходила, то становилось как-то грустно.

Валера снова замолчал. Потом одним глотком допил всё, что оставалось в бокале

- Как-то раз она не пришла. По-моему, это было уже под конец сентября. Мы отыграли очередной спектакль. Я сижу в гримёрке. Вдруг слышу над ухом знакомое такое: "Вы малинки не хотите?". Поворачиваю голову. В дверях стоит Катя. В руках банка малинового варенья. Улыбается, а у самой глаза грустные. "Я", - говорит, - попрощаться зашла". Оказалось, что днём раньше она уволилась. Муж уговорил её вернуться в их родной Петрозаводск.

Меня как холодной водой облило. Но я сказал себе: "Успокойся. Она просто твоя приятельница. У неё семья. Поэтому сделай нормальное лицо и не порти человеку настроение". В конце концов: актёр я или не актёр? Я немного повалял дурака, слегка её рассмешил. Сам расслабился. Мы выходили из театра одними из последних. Вышли в тупичок с парковкой, который у служебного входа. На улице льёт, как из ведра. Она открывает зонтик и держит над нами обоими на вытянутой руке. Я спросил - пойдёт ли она на метро. Она ответила, что скоро за ней заедет муж на машине. Я предложил составить ей компанию и подождать. Время позднее – мало ли что.

Валера некоторое время задумчиво изучал дно пустого стакана. Я впервые за всё это время заметил, что на стене, за валериной спиной, висит крошечное фото Джима Моррисона.

- Ничего особенного не случилось. - Продолжил Валера, - Мы стояли почти вплотную. Я взял у неё зонтик. Она посмотрела куда-то в сторону. Потом вдруг шумно выдохнула и прижалась ко мне всем телом. Одна её рука гладила мои волосы на затылке, другая лежала у меня на плече. Я сжал её свободной от зонтика рукой. Она что-то шептала мне в ухо, но так быстро и так тихо, что я не разобрал ни слова. Вокруг нас лил дождь… Не знаю сколько мы так простояли. Вряд ли долго. Помню ощущение полной безмятежности. Я понимал, что ничего большего между нами не будет. И чувствовал, что если я попробую получить что-то большее, то только испорчу то, что есть.

Наконец, мы оторвались друг от друга. Она хотела что-то сказать, но за моей спиной прошуршали шины. Я обернулся. К нам подъехала машина. Катя сказала, что ей пора и попрощалась. Я протянул ей зонтик, но она покачала головой и сказала, что мне он нужен больше. Потом она юркнула в машину и больше я её не видел.

- Это история про везение? - Уточнил я.

Валера кивнул.

- Я встретил девушку, и между нами проскочила маленькая искорка чего-то настоящего. Всё, что мне досталось в результате - это зонтик, банка варенья и несколько секунд искренней близости. И тем не менее я считаю, что мне очень повезло. Потому что у многих не бывает даже этого.

Я посмотрел на своего друга и понял, что только что узнал его с совершенно новой стороны.

Он подытожил:

- Я это всё к тому, что призвание не надо искать. Оно всегда с тобой, ты просто его пока не распознал. Вот встретить человека, который тебя дополняет – это другое дело. Тут действительно надо, чтобы повезло.

Несмотря на дождь, домой я отправился пешком. Хмель понемногу выветривался и вернулся я практически трезвым.

- Он излил тебе душу? – Спросила Лида. Она рассматривала получившийся натюрморт. – О чём говорили?

- Да не, - отмахнулся я. – Так… О бабах и футболе поболтали…

Был субботний вечер. На улице было холодно и дождливо. Мы с женой решили провести вечер дома.

- Сыграем в «Мортал Комбат»? – С затаённой надеждой спросил я.

- Неееет, - сморщилась Лида. – Может лучше в «Дженгу»?

- У меня плохое чувство физики. «Монополия»?

- Это очень надолго. И нет настроения. Шахматы?

- Слишком медитативно. Карты?

Некоторое время мы предлагали и отвергали варианты игр. Потом фантазия иссякла.

- Неужели мы стали такими скучными, - погрустнела моя жена, - что нам даже поиграть вместе не во что?

Вдруг меня осенило.

- Пойдём со мной. – Добавив загадочности в голос позвал я. – Кажется я знаю, во что мы можем сыграть.

- И во что же? – спросила Лида, когда мы оба оказались на кухне. Вид у неё был заинтересованный.

Я распахнул холодильник.

- Для начала выбери категорию: «Мясо», «Птица», «Рыба», «Молочка», «Консервы».

- Хмммм, - нахмурилась моя жена, - тяжкий выбор. Ну пусть будет мясо.

- Отлично. – Одобрил я и достал упаковку с белым поддоном. – Вам достаются «Котлеты говяжьи»! Итак, главный вопрос первого раунда: «Срок»! Готовы ли вы угадать – просрочены котлеты, которые мы купили на прошлых выходных или нет?

- Готова. Просрочены.

- Иииииии… - Добавил я драматизма. - Вы не угадали! Котлетам осталось жить ещё три дня.

- Чёрт… - Расстроилась Лида. Я всегда чувствовал в ней страсть к азартным играм. Впрочем, она тут же спохватилась: - То есть – хорошо! Успеем их съесть.

- Выбирайте категорию.

- Пусть на этот раз будет «Молочка».

- Молоко «Простоквашино». Просрочено или нет. Выбирайте свою судьбу!

- Кстати, - уточнила Лида, - а что я получу, если угадаю?

- Мой поцелуй и возможность выбирать следующий умирающий продукт в нашем холодильнике.

- Есть за что бороться. - Кивнула она. – Мой ответ: «Просрочено».

- И это… Правильный ответ! Молоко к чертям собачьим сдохло!

Я отправил бутылку в мусорное ведро и уступил жене место возле холодильника.

- Категория?

- Птица!

Лида достала упаковку с жёлтым поддоном и посмотрела на срок годности.

- Итак, вам достается эта красавица-индейка. Что вы скажете? – Она изогнула брови, приблизила ко мне своё лицо и зловеще прошептала: - Предупреждаю – испытание будет не из лёгких…

Я задумался.

- Ставлю на то, что она ещё годна в пищу.

- Что ж, - кивнула моя жена, - вы прошли первый этап испытания. Технически она действительно ещё не просрочена. Однако сегодня у неё последний день. Что приводит нас ко второму этапу, который я назвала: «Звериное чутьё».

Она сорвала с поддона полиэтиленовую упаковку и приблизила к моему носу.

- Делайте свой выбор…

- Выбрасывай. - Замахал я руками, стараясь отогнать остро-кислый резкий запах. - Выбрасывай-выбрасывай…

Когда холодильник был очищен от умирающих продуктов, мы сели подводить итоги.

- Ну что я могу сказать, - резюмировала Лида, усаживаясь на диван, - нам стоит чаще готовить дома и реже заказывать еду. А ты что думаешь?

- Я думаю, - ответил я, завалившись рядом и положив голову ей на колени, - что на необитаемом острове мы с тобой со скуки не умрём.

- И что на необитаемом острове, - добавила моя жена, - у нас пропадут даже кокосы и бананы...

Если честно, подобная логика изумляет) как женщина с прицепом, обсуждавшая этот вопрос с такими же женщинами с прицепом, озвучу логику моего круга. Конечно, выборка нерелевантна)

Для начала очертим идеальную ситуацию в вакууме. Есть человек с ребёнком, оставшийся без второго партнёра. Совсем. Что является нормальным? Что теперь ты один в ответе за своего ребёнка. Расходы моральные и материальные, ответственность перед законом и обществом и все вот это вот. Так получилось. Это грустно, и это в два раза тяжелее, чем в нормальной вакуумной семье, но вот так.

Захотел одинокий человек с ребёнком завести отношения. Возлагает ли это какие-то обязанности на его нового партнёра? Только обязанность нормально относиться к твоему отпрыску. Учитывать его наличие и исходить из этого. Сейчас, конечно, меня заминусят яжмамки, но - ваш новый мужик совсем не обязан возлагать на себя расходы по содержанию вашего ребёнка. Он может делать это добровольно, но требовать этого нельзя. Мужчина строит отношения с вами, а не с вашей мамой, сестрой, подругой или ребёнком. Достаточным требованием к мужчине будет оказывать ребёнку уважение, признавать его право на вас, не перетягивать одеяло на себя и быть с ребёнком дружелюбным. Покупка одежды, подарков, отвезти-привезти, научить мужским штукам - только по желанию мужчины.

Данная установка работает и в отношении мужчины с ребёнком, который завёл новую женщину. Она не должна становиться новой мамой. Но не может требовать ущемлять права ребёнка в свою пользу, требовать больше времени, денег и сил для себя и меньше для него.

А вот те родители, которые оставили ребёнка у второй половины, увы, совсем другой вопрос. Это значит (опять же, в сферическом вакууме, нормальный родитель), что партнёр будет регулярно проводить время где-то в другом месте, возможно, с бывшим партнёром - для ревнивых это очень сложно. Если между новыми партнёрами заключается брак, часть семейного бюджета будет уходить на сторону в виде алиментов, а это чисто психологически сложнее, чем потратить их на ребёнка внутри семьи, пусть даже одному из супругов он не родной. Собственно, именно поэтому логика девушек, с которыми встречался ТС, мне не ясна. Кто-то может объяснить?

1. Я не встречал ни одной стриптизерши, которая хотела бы привести меня домой, чтобы познакомиться со своими родителями. Это так грустно.

2. По моему опыту, это практически то же самое, что встречаться с кем-то, кто работает в сфере гостиничного бизнеса. Они работают все выходные, а в понедельник-вторник отрываются по полной. Я как-то читал статью о стендап-комиках, и в ней говорилось, что многие из них встречаются со стриптизершами, потому что у них схожий график работы.

3. В тот момент мне было чуть за 20, и я кайфовал. Сейчас, оглядываясь назад, могу сказать, что это было очень глупое и неправильное решение. Кстати, она умерла на прошлой неделе от передозировки. Ей было 45, и она жила в палатке где-то в Орегоне.

4. Что сказать, я не особо скучаю по выковыриванию блёсток из своего члена. Ох уж эти блёстки. Я 6 лет назад уединился с одной стрипухой на заднем сидении своего форда, и я до сих пор нахожу там блёстки.

5. Я называю их шлюшьим песком, он просачивается повсюду.

6. Я встречался с двумя. С первой 20 лет назад. Один парень вел себя с ней слишком навязчиво, и я заступился за нее. Мы с ней поладили, после чего встречались несколько месяцев. Она была очень милой девушкой, и даже спустя столько времени, я все еще помню, что было написано на ее татуировке на попе. Со второй я начал гонять несколько месяцев назад. Она подошла ко мне в парке для выгула собак, и так у нас завязалось общение.До третьего свидания она не рассказывала о своей работе. Сказала, что работает в клубе, а я и не стал допытываться, кем именно. Она очень классный человек и очень заботливая девушка. Взяла выходной и пригласила меня на свидание. Я так понимаю, это означает, что я ей нравлюсь.

7. Много лет назад моя соседка по комнате устроилась официанткой в стриптиз-клуб. Я попросил ее приводить домой своих знакомых девчонок, чтобы я с ними затусил.Как-то вечером она привела к нам домой кайфовую брюнетку. Я смотрел видео про серфинг, и оказалось, что она знала нескольких серферов из видоса, потому что у нее были братья-серферы. Я был впечатлен. С ней было прикольно, но я никогда не воспринимал наши отношения всерьез. Она была классная девчонка, всегда покупала мне всякую ерунду и подарки. Может быть, она привыкла использовать такой язык общения. Опыт был специфический, интим не то чтобы вау.

8. Она жестко ширялась, бухала и устраивала разборки с другими девушками. Но она была очень подтянутой и привлекательной женщиной, поэтому я закрывал глаза на многое. По крайней мере, до тех пор, пока она не выложила в сеть фото, где она зависает с другом в своей квартире. В кадре был виден его член. После этого мы лишь трахались. Она прекрасно понимала, почему я больше не хочу строить с ней ничего серьезного.

9. Я встречался с девушкой, которая занялась стриптизом, чтобы закрыть финансовые долги по учебе.Мы встречались около шести месяцев. Два до того, как она начала танцевать, и четыре после. Ей все нравилось. Она сказала, что это было чистое место, где нет ничего лишнего. Когда она танцевала, наши свидания были гораздо более роскошными, так как тогда я только начинал работать по специальности и зарабатывал не так много. Но, в конце концов, она стала встречаться с моим другом. Потом она окончила университет и бросила танцы. Тем не менее, она была хорошим человеком.Потом, когда в своей жизни я свернул на темную дорожку, я стал встречаться со стриптизершей-наркоманкой, ведь я и сам был зависимым. Это были неприятные отношения. Не абьюзивные, но манипуляции и бессмысленные споры были с обеих сторон. Даже учитывая то, что я был нариком, для меня это было слишком. Мы расстались, а через несколько лет я узнал, что она умерла. Трагический итог для нее и ее семьи. Но во всем виноват тот образ жизни, который она выбрала.

10. Не стриптизерша, а танцовщица в Бурлеск-шоу.Она начала заниматься этим, когда состояла в прошлом браке. Как мне сказали, это не очень понравилось ее мужу. Я сказал ей, что меня это не парит до тех пор, пока это не мешает нашим отношениям. Она с трудом поверила мне, хотя я сказал это абсолютно честно. Позже стало ясно, что отношения не дают ей чувства уверенности в своей красоте и сексуальности, поэтому она ищет этого у публики. Знаете, не очень приятно видеть шкаф твоей девушки, полный нижнего белья и то, как она танцует стриптиз для сотен незнакомых людей, но при этом не прикладывает никаких усилий для отношений.Я бы точно не стал повторять такой опыт.

11. Она была горячей, но при этом напрочь поехавшей. Она жила примерно в 40 минутах езды от меня, и у нее не было машины. Она призналась мне, что у неё депрессия, но что-то мне подсказывает, что у неё был и другой невыявленный диагноз. Тревожные звоночки были повсюду, но это была самая кайфовая девчонка, с которой я когда-либо встречался.Когда у неё всё было хорошо, она была супер, но в один момент могла измениться и превратиться в психопатку. Я терпел это пару месяцев, пока не решил, что тяжкое бремя и тот стресс, что я испытывал ради одной только ради секса, больше того не стоит. Мы решили остаться друзьями. Мне было жаль ее, но я все равно хотел ей помочь, потому что она была мне небезразлична, и ей было очень тяжело. Через некоторое время дружеского общения она снова начала манипулировать мной, и я просто не смог больше этого терпеть, поэтому оборвал с ней все связи.

Еще больше таких подборок на моем канале https://t.me/realhistorys

Мой канал «Клубничный переполох» https://t.me/erosstoris

Мой канал с подборками интересных фактов https://t.me/actualfacts

Мой канал о кошках https://dzen.ru/o_koshkah

Мой канал с переводами рассказов зарубежных писателей https://boosty.to/webstrannik  

Всем удачного дня!