Архитектура

Вот такой балкон увидел на одной из улиц Севастополя. Говорят, еще при хохлах тип замутил.

Прошу помощи у Архитекторов, и у всех кто связан с областью строительства и проектирования.

С Супругой находимся на этапе строительства дома, самостройщики и как водится проект "живой" постоянно находится в мелких доработках, и если с домом мы определись уже более менее точно, то с пристройкой террасы не совсем. Обычный каркасник по осям почти 6х7 м в один этаж, по коньку 4,5 м, с небольшой террасой 6х3 м, домик без излишеств.

На текущий момент, на участке залита лента, и опорные тумбы под террасу, завезли лес для сборки пола. Планируем на НГ праздниках начать сборку пола.

К вопросу о помощи, "уже" хочу сделать крытую террасу. И никак не получается красиво обыграть переход крыши дома в крышу террасы. Делать цельную крышу на дом и террасу не хочется, вся постройка сбоку начинает напоминать какой то вагончик :) Да и крыша с переходом мне симпатичнее. Крышу дома, от изначального проекта, нужно поднимать выше, на террасе не хочется пригибаться.

Может быть есть какое то правило при проектировании такого перехода, что  бы смотрелось хотя бы не отталкивающе (знаем мы различие модели/рисунка с суровой реальностью)...

- отступ между уровнями крыш дома и террасы 5, 10, 15 см, впритык?

- нужно ли делать выпуск свеса крыши дома нависающей над крышей террасы?

до поднятия крыши:

Большие окна 1,2*1,5 м, маленькие 0,8*1,5 и 0,8*1 м.

Панорамные 1*2,05 м

Высота до потолка у стены 2,4 м

На 3ей картинке с модели видно, что при таком переходе крыши, перекрываются панорамные окна.

п.с. На эскизе (последняя картинка) поднял крышу дома вверх, выше крыши террасы как хотелось бы, поэтому окна кажутся не пропорциональными, нужно будет увеличить до стандартных 1,5*1,5 м.

Как то так

Такая красота спрятана от глаз, и тихо увядает(

Правая набережная

54.704869° 20.454293°

Мы из Калининграда, и в основном пишем про наш регион. Однако, иногда еще и путешествуем.
Пишем о том что и кого видели, что пережили, почувствовали, и где были!
Мы в TG (посты чуть раньше), мы в VK

Продолжение поста.

Снежные барсы одни из самых коварных кошачьих и работа с ними сопряжена с определенным риском. Все проходы к техническим помещениям оборудованы шлюзами, с двойными решетками, открывающимися только при закрытии предыдущей. При проектировании зоопарков действует неписаное правило, что двери в вольеры или боксы с опасными хищниками, всегда открываются внутрь, чтобы обезопасить человека, а с безопасными животными или птицами наружу, чтобы предотвратить побег. Эффективность, конечно, зависит от ситуации в каждом и конкретном случае.

Технический проход между вольером и дорогой для посетителей является дополнительной защитной полосой, которая все же, за счет сильного падения рельефа, не является препятствием для наблюдения. Разделение между вольерами выполнено черной стальной сетью, которая за счет своего цвета не так контрастирует с местностью. Этой же сетью выполнен защитный шатер сверху.

На следующем фото видно спуск технического прохода, и обратите внимание в правом верхнем углу, в плоскости шатра, были устроены специальные кольца, сквозь которые проходят деревья. Их пришлось дополнительно конструировать и рассчитывать статикам, но на что не только пойдешь чтобы спасти деревья от вырубки.

Как я уже упоминала в первой части, «Вильгельма» это скорее не просто зоопарк, а целый комплекс. Для всех своих вольеров и парков, они разрабатывают собственный ботанический концепт, который подчеркивает задумку. Все растения они выращивают самостоятельно. Я была аболютна восхищена их «Тропическим» отделом.  Там воссозданы действительно натуральные джунгли.

На этом фото как раз окончание строительство и запуск вольера, растения еще не прижились и не разрослись.

А тут, спустя пару месяцев, уже виден небольшой прогресс.

Еще несколько фото уже выполненного проекта.

Общий план без моих пометок

и макет.

О нашем проекте написали в газете

*Новый дом для снежных барсов.

700 квадратных метров, 1,6 млн. евро

И, отпраздновавший новоселье, барс... немного приуныл.

К сожалению, в этом проекте я фактически не принимала участия, потому не знаю многих интереснейших его деталей и трудностей с которыми пришлось столкнуться. Рассказала только общие моменты и идею. Сейчас я работаю над другим зоо-проектом, и это наверняка еще не последний. Может как-нибудь наберусь сил и терпения и расскажу вам о строительстве «нового дома» для слонов.

С недавнего времени моя жизнь стала тесно связана с архитектурой, и пришла мне в голову идея восполнить «творческие пробелы» моего инженерно-технического образования. Зашла я на один архитектурный сайт, на который уже давно подписана, и оп! То, что надо – архитектурный конкурс. Почему бы и нет? Да еще и тема, от которой у меня уже давно горит пятая точка – благоустройство общественных зон, а конкретно парка Победы в городе Тверь.

Превью для конкурса зацепило, и хоть времени до дедлайна оставалось чуть меньше двух недель, решила подавать заявку. Тут и началась жара.

В течении следующих пары дней получила задание на разработку и пару фрагментов топографической съемки в формате JPEG. Серьезного впечатление техзадание не производило, а от некоторых пунктов я просто выпала в осадок. Но я решила не сдаваться и начала шерстить интернет в поисках более подробной информации о текущем состоянии парка, и о том хорошем, за что любят тверяки парк и что хотят сохранить. В процессе сбора информации наткнулась на пару интересных статей, выяснилось, что парк на месте бывшего яблоневого сада был задуман как «прогулочная» зона отдыха, а уже в 21 веке началось полнейшее безобразие – понаставили аттракционы, начали и прекратили строить пантеон Памяти, сдавали территорию под коммерческие нужды, завезли в парк старую военную технику, мол для патриотических целей, а по факту – захоронили в парке. Теперь же благоустройством парка, а также организацией конкурса, занялся некий Дмитрий Гуменюк – председатель совета директоров ООО «Тверская швейная фабрика», бизнесмен и депутат, что конечно многих натолкнуло на мысль, что это очередная самореклама перед выборами, и опять ничего толкового не выйдет.

Организаторы конкурса, видимо, в рамках объявленного в России года Памяти и славы, назвали новый парк «Патриот», а также выдвинули претенциозные требования к концептуальным идеям, которые, на мой взгляд, отчасти противоречат друг другу. Концепция парка, учитывающая мировые тренды и передовые достижения научно-технического и инженерно-архитектурного прогресса, гармонизировать природные, человеческие и техногенные факторы, предполагала наличие рекреационного пространства с сохранением мемориально-патриотической функции. В качестве образца организаторы конкурса предлагали ориентироваться на действующий парк «Патриот» в г. Кубинка, Московской области.

Открываем... судя по всему организаторы решили ради важной миссии развития патриотического воспитания пожертвовать парком и сделать из него военный полигон.

Как подобное сочетается с рекреационной зоной, гармонирует с природой и основным понятием городского парка, а также на какие мировые тренды опирается мне было не совсем понятно.

После моей недолгой жизни в Европе, у меня, видимо, уже успели сформироваться слишком либеральные взгляды на то, что такое патриотизм, каким должны быть городские парки и общественные зоны. И, по всей видимости, мои взгляды не соответствуют политике партии, так что я смирилась с тем, что награды мне в этом конкурсе не получить, и решила, что главное все же участие, постаралась примирить мое внутренне возмущение и, придерживаясь желаний заказчика, довести проект до конца.

Далее начались полторы недели бессонных ночей и активной работы над проектом, которые мне приходилось совмещать с моей основной работой. Помимо всего организаторы перенесли сроки сдачи с понедельника на пятницу, похитив таким образом лишние выходные. Так что расслабляться было некогда и две недели пролетели как один миг.

Сдав работу, в течении следующих пары дней исследовала интернет на тему конкурса и наткнулась на страницу Дмитрия Гуменюка в Фейсбуке. Оказывается, еще до завершения приема работ, он гордо демонстрировал новые конкурсные проекты, что показалось мне, конечно, несколько странным. Но, приняв, что конкурс состоится в России, где защита авторских идей, как и персональных данных, никого не волнует, я нетерпеливо ждала результатов решения комиссии.

И вот наконец, из 28 присланных работ выбрали 15 проектов, которые были выдвинуты на народное голосование. К сожалению, портал tverigrad.ru не открывается в моей стране, так что мне приходится довольствоваться скриншотами, любезно присланными мне интернет пользователями из России. Подобные голосования, на мой взгляд, не раскрывают сути проекта, так как ориентированы в основном на то, чтобы «купить» зрителя качественной визуализацией. Обычно в таких голосованиях выигрывает красивая картинка. Сейчас, судя по всему, большее количество голосов набирают не самые лучшие проекты (один из которых, кстати, был заранее прорекламирован Дмитрием Гуменюком), что конечно наталкивает на мысли, что победитель и проект были известны до объявления конкурса. Не исключено, что проект, действительно, стоящий и действительно тщательно проработанный, хотя не понятно, каким образом люди, голосующие на портале, действительно могут это оценить.

В общем, продолжаю верить в справедливость народного выбора и ждать конечного результата. Интересно, какой же проект в итоге займет призовое место и будет ли он реализован.

Как я слышала, пользователи Пикабу уже ни раз оказывали влияние на такие вещи, поэтому для всех желающих, ссылка на портал с голосованием. (извините, если битая, никак не могу проверить). Номер моего проекта не раскрываю, потому как моя цель не накрутить голоса с помощью пикабу, а справедливый и качественный проект благоустройства.

Уже почти 5 лет я работаю в сфере проектирования зоопарков и огромную часть моей работы составляет анализ уже существующих объектов. Причина этого заключается преимущественно в том, что большинство нужной мне информации не найти в привычных строителю нормах и справочниках. Мало какой конструктор может посчитать коэффициент деформации амурского тигра при столкновении со стальным забором, потому часто приходится просто смотреть – а какой забор у тигра пострили там-то и там-то, а выдержал ли он, в общем, учиться из опыта других.

Чтобы не начинать каждый раз с нуля, я уже некоторое время собираю информацию и сортирую ее в определенные чек-листы, эскизы и заметки, помогающие мне в каждом последующем проекте. Мне пришла в голову мысль закреплять и упорядочивать эту информацию.

ZOO / Dochodo Sustainable Zoological Island

Первой моей мыслью был проект Зоопарка с нуля. Представьте себе, человечество добралось до далекой пригодной для жизни планеты, начало ее обживать и обзавелось всем техническим оснащением. И вот настал момент принести на эту планету все многообразие жизни, к которому мы, земляне привыкли. Первый галактический зоопарк! Не КосмоЗоо как у Булычёва, а Зоопарк Будущего. Каким он будет? Планета еще достаточно пуста, так что с местом обитания проблем не должно возникнуть. Можно сразу запланировать столько площади, сколько необходимо животным в перспективе. Может это будет такой сафари-парк, где люди будут наблюдать за свободно живущими животными из туннелей, а всю работу по уборке и обслуживанию примут на себя андроиды?

Ух!! Слишком большой полет для фантазии и слишком мало привязки к современным реалиям, в которых, в итоге, приходится работать. Да и с легко сделать что-то качественное на чистом листе, куда сложнее улучшить что-то уже существующее с оглядкой на историчесую субстанцию. Так что я вернулась на Землю и поискала зоопарки в своей родной стране, в особенности те, которые скорей напоминают Зоопарк Прошлого Столетия, чем утопичный Зоопарк Будущего.

Какого же было мое удивление, когда таким зоопарком оказался зоопарк города Санкт-Петербурга. Учреждение, явно не соответствует статусу города, в котором оно находится, а современные проекты развития с переносом и расширением не то что отложили в долгий ящик, а, видимо, сожгли, как второй том «Мертвых душ».

Что ж, самое то, приступаем. В ближайшее время беру под прицел, изучаю и анализирую Ленинградский зоопарк.

Неравнодушным к теме жителям Санкт-Петербурга и Ленинградской области предлагаю помочь мне, пройдя опрос для составления общей картины непредвзятым неархитектурным взглядом. Поделитесь опросом с Вашими знакомыми и друзьями, потому что Посетитель - одна из трех ключевых фигур современного Зоопарка. Но об этом позже...

P.S. Для всех интересующихся темой зоопарков, архитектурой и строительством оставляю мой телеграм-канал со сборкой авторских постов. Канал свежий и постов пока не много, но будут пополняться, а у Вас есть шанс активно управлять его наполнением предлагая интересные темы

Привет всем, подписавшимся на меня из-за моего последнего поста и просто любителям архитектуры. Сегодня продолжаю мою серию постов и речь пойдет об индивидуальном жилом строительстве односемейного дома, мы рассмотрим несколько линий развития современной архитектуры, а также их основоположников и то, как их идеи нашли свое отражение в архитектуре различного времени.

Прошу не рассматривать пост как указание, как и что должен делать архитектор, это скорее некий призыв поразмышлять об архитектуре.

Один из директоров школы Баухауса Ханнес Майер сказал: «Строительство – это больше не искусство, это наука, а архитектура – это наука строительства». Своими словами он подчеркивал, что архитектура стала рациональной, это больше не выражение каких-либо чувств, а скорей хорошо продуманная организованность действий.

Если вы попросите ребенка нарисовать дом, то скорее всего получите нечто подобное: симметричный, с упорядоченными окнами и классической крышей – символ того, что есть дом.

Важно сказать, что архитектура жилого строительства часто не «серийна», а очень индивидуальна. Здесь особенно сильны социальные тенденции и влияния моды, благодаря непосредственным взаимоотношениям заказчика и архитектора. Отмечу, что здесь речь идет не о типовом «массовом» строительстве. Но несмотря на то, что даже в таких нетиповых проектах часто присутствуют некоторые клише, они в большей своей части являются уникальными идеями и мыслями. Пожалуй, можно сказать – в индивидуальном жилом строительстве не существует идеального решения, что мы сегодня и рассмотрим на примерах различного пространственного восприятия.

Для начала обратимся к немецкому архитектору Паулю Шмиттхеннеру (1884-1972), он рассуждал о том, что в общем-то названия помещений на планах этажей не требуются. Хозяйственные помещения, ванные комнаты и прочие подобные помещения определены однозначно, а все остальные должны быть просто достаточно велики для проживания и различного использования.

«Само собой разумеется, что помещение, расположенное вблизи кухни, рационально использовать в качестве столовой, а помещения вблизи ванной комнаты как спальни. Однако это не обязательно, что данные помещения, при всех тонкостях и обстоятельствах, могут использоваться только для проживания, сна или приема пищи.

Я хочу этим сказать, что нужно держать себя в границах разумного и не слишком много об этом думать. Иначе очень легко оказываются у «функционального» и жилых машин*. Дом для людей – это не машина, от которой постоянно требуют ровного хода, дом предназначен для жизни, которая, в свою очередь, разнообразна и переменчива, в чем и заключается её красота и смысл» (Цитата из книги «Das deutsche Wohnhaus» - «Немецкий жилой дом», здесь и далее свободный перевод с немецкого – тс)

*Отсылка к понятию «жилой машины» сформулированному архитектором Ле Корбюзье.

Эти идеи Шмиттхеннер отразил в своих проектах, как например, дом на склоне – Haus am Steilhang в городе Штутгарт. Четкая и ясная, завершенная форма здания и планов, квадратная или прямоугольная форма помещений, симметрия, простые формы для окон, которые часто начинаются от пола. Кладочная конструкция стен очень сильно отражается на общей форме и внешнем виде здания. Примерно одинаковый размер помещений позволяет использовать каждое из них для различных назначений. Планы этажей, по его мнению, должны быть максимально простыми, чтобы все важное само бросалось в глаза. Чем меньше дом, тем «просторнее» нужно его планировать, размер помещений должен быть максимально возможным. «Большой дом выглядит мелочно, если он мелочно задуман»

Давайте теперь обратимся к другому известному архитектору того же времени – Фрэнку Ллойду Райту (1867-1959). Сразу можно заметить, как разительно отличается пространственное восприятие его проектов от проектов предыдущего архитектора. Можно, разумеется, аргументировать тем, что это другая местность (Америка), другой континент, другие условия жизни и прочее. Но давайте сравним и разберемся, что же здесь иначе.

Здание Highland Park (1901) выглядит как бы «присевшим», двухэтажное, но с почти плоской крышей, уединенно стоящее, оно вписано в окружающий его ландшафт. Переход между «снаружи» и «внутри» выделен как особая тема – отсутствует это четкое разделение, которое мы могли видеть в предыдущем проекте. Крестообразный план этажа, как бы утопленный второй этаж, опоры колонн, навесы кровли играют в этом переходе важную роль. Можно легко заметить влияние японской архитектуры. Монолитная стена разделена растром окон, деревянных колонн, и не создает впечатление массивной стены, она как бы растворяется.

Этот эффект заметен не только на фасадах, но и во внутренних помещениях. Этот растр мы видим на потолке, стенах внутри здания. Архитектор не оставляет жильцам практически никакой возможности расставить свои акценты или как-либо повлиять на уже заложенную им идею. Можно заметить так же небольшую высоту помещений в этом и многих других проектах этого архитектора, это объясняется тем, что рост Райта был около 1,60 м. Еще одной особенностью здесь является то, что входы в помещение расположены не центрально, первое восприятие помещений – диагональное.

Ниже еще два его проекта, в которых можно проследить те же принципы. Small House 1901 и Bradley House 1910

Школа Баухаус, её идеи и методы оказали свое влияние на архитекторов, дизайнеров и деятелей искусства по всему миру, и продолжают оказывать до сих пор. В 2019 году школа отпраздновала свое столетие, она является как бы олицетворением свободы, новых идей развития современной архитектуры и искусства. Одним из представителей этой школы, а также одним из значимых архитекторов XX века, является французский архитектор швейцарского происхождения Ле Корбюзье (1887-1965)

Его знаменитый проект Villa Savoye 1929 знакома, наверное, каждому студенту архитектуры. Это здание относится к одному из наиболее изученных и проанализированных архитектурных строений в мире. Построена как жилой дом, но практически не использована для этой цели, сейчас вилла скрывает в себе музей. В этом проекте можно найти и пять принципов новой архитектуры сформулированные Ле Корбюзье: сквозные колонны, озеленение крыши, свободная планировка, горизонтальная лента окон и свободный фасад.

Вход в здание и проход через него осуществляется по сквозной рампе, протянувшейся через все здание до верхнего этажа или более быстрым путем – по лестнице. Рампа расположена в центре помещения, это абсолютно новое восприятие помещения – помещение как бы раскрывается в процессе движения, лестница же, в свою очередь, является неким скульптурным элементом и короткой дорогой. Радиусы скругления первого этажа спланированы из расчета кривых для въезда и выезда автомобиля в/из гараж(а).

Следующий проект этого архитектора, расположенный в городе Штутгарт в выставочном поселке Weißenhofsiedlung. Проект задумывался как серийный – Тип Citrohan, он намного меньше, но здесь так же отчетливо просматриваются те же самые принципы – сквозная лестница, каркас, зеленая крыша, колонны. Название является отсылкой к известной марке машин, которая в то время символизировала прогресс, моду, и была в свою очередь серийным продуктом по «доступной» цене. И хотя проект в течении порядка 10 лет был построен в различных вариантах, он так и не стал серийным, что возможно говорит нам о том, что это его нельзя назвать идеальным решением в архитектуре жилых зданий.

Еще одним ярким представителем школы Баухаус являлся немецкий архитектор Мис ван дер Роэ (1886-1969). И хотя он и Ле Корбюзье были представителяими одного архитектурного движения, пространственное восприятие в его проектах все же несколько отличается. Ключевой идееей здесь является открытый план этажа и концепция всего пространстваю Для такого плана характерны плавные переходы между соседними помещениями. Отдельным жилым зонам не отводятся отдельные комнаты, но их можно разделить, например, с помощью прозрачных или полузакрытых перегородок, это позволяет увеличить пространство жилого помещения.

Зигфрид Гидеон, архитектурный историк и теоретик, активный защитник соверменного движения писал о проектах Мис ван дер Рое, что он «достигает невообразимой щедрости во внутренних планровках. И все же комнаты, перетекающие одна в другую не могут избавить от ощущения пребывания в аквариуме. Внешний облик не соответствует свободе внутренних пространств»

Проект Мис ван дер Роэ Haus Tugendhat (1929-1930), возведенный для еврейской семьи, в котором им не довелось долго пожить из-за наступившей войны. В послевоенный период дом был перобородован в детскую клинику, а после объединения Германии стал музеем.

Здание располагается на склоне и раскрывается в сторону сада, а с улицы неприметен. Вход предусмотрен с верхнего уровня, на котором расположен гараж и помещения шофера. На нижнем этаже связанным с верхнем лестницей расположены два спальных тракта – для детей и для взрослых и большое общее помещение, расчлененное на различные области – столовая с большим столом, который можно трансформировать до «семейного» размера, гостиная, библиотека с потайным сейфом. Большие окна со стороны фасада оснащены механизмом опускания, позволяющим сидеть на «террасе», не выходя из дома.

Внутренне разделение зон осуществляется посредством перегородок, в том числе радиальных, во всем интерьере применяются высококачественные материалы – природный камень, дерево, сталь. В заглубленной подземной части со стороны улицы расположены технические помещения, а в правой части (на плане) – помещения для прислуги, с отдельным входом.

Интересно заметить, что Мис ван дер Роэ на протяжении всей своей карьеры создавал проекты с аболютно теми же принципами, не изменяя, а только совершенствуя их – «не обязательно каждый понедельник изобретать новую архитектуру». На изображении ниже Farnsworth Haus (1949-1951). Проект был бы абсолютно не пригоден для проживания, если бы у его владелицы не было достаточно средств, чтобы разбить парк вокруг дома, тем не менее архитектурной задумкой и тем, как здание вписано в ландшафт можно только восхищаться.

Стоит заметить, что рассмотренные выше проекты были построены примерно в одно время, и архитекторы их спроектировавшие тогда были еще никому особо не известны, а сейчас являются иконами архитектуры.

К сожалению, мой пост оказался слишком длинным, мы рассмотрели только некоторые образцы и еще около 10 «блоков» подражания не влезло. Вероятно, придется оформить его дополнительным постом, а сегодня всем спасибо за внимания и всего доброго.

Часть 1 | Социально-исторические аспекты архитектуры зданий

Привет и с наступившим новым годом!

Пока ленту переполняют желатели желаний, мы желаем за тех, кто о пикабу ни разу не слышал, за животных зоопарков. Желаем и рассказываем об их жизни и проблемах. Моя предрождественская пауза немного затянулась, но сегодня возвращаюсь к моему исследованию Ленинградского зоопарка. За это время произошли некоторые значимые события в истории зоопарка, но мы не останавливаемся и продолжаем разбираться в теме.

Источник: Телеграм-Канал Ленинградского зоопарка

Прежде чем начать, хочу обратить внимание, что я ни разу не посещала Ленинградский зоопарк лично. Данный анализ основан на материалах, фотографиях, планах, которые удалось найти в свободном доступе в интернете. В связи с неточностью и недостаточностью доступных мне данных, моя работа по этой теме является абстрактным концептом, помогающим, прежде всего, мне лично, систематизировать и универсализировать мой зоо-архитектурный опыт.

Углубляясь в проблематику вопроса, я постаралась, на основе доступной мне информации, получить общее представление о зоопарке и понять, какое впечатление он производит на его «рядовых» посетителей. К сожалению, на мой опрос откликнулись не так много людей, чтобы считать эту статистику показательной, но все же она, как и комментарии под моими постами, помогли мне составить общую картину положения.

«На сегодняшний день Ленинградский зоопарк остается уникальным музеем живой природы в Санкт-Петербурге, природоохранным и просветительным учреждением. Он продолжает неустанно развиваться, стараясь идти в ногу со временем, улучшая условия содержания животных, стремясь вывести их на европейский уровень, и повышая качество обслуживания своих посетителей» - Источник: Сайт Ленинградского зоопарка

Не нужно сильно углубляться в информационные дебри интернета, чтобы узнать, что основной проблемой зоопарка является его центральное расположение в исторической части города и экстремально малая площадь. В то время, как Санкт-Петербург является, фактически, второй столицей РФ и превосходит численностью населения самые многочисленные города Германии, Ленинградский зоопарк сравним по площади с лишь с глубоко-провинциальным зоопарком Hoyerswerda в Саксонии. Для размышления, ниже приведена небольшая собирательная таблица сравнения по основным показателям некоторых немецких зоопарков разного уровня и ведущих российских зоопарков.

Участок площадью всего около 7,2 га практически лишен возможности расширения и зажат в самом сердце Петербурга между Кронверкским каналом, жилым массивом и соседствующими культурно-историческими объектами. Такое расположение, по словам самого зоопарка, влечет за собой трудности согласования строительных работ с городской администрацией и, помимо прочего, ограничивает коллекцию и количество животных.

Несмотря на значительно бóльшие площади, проблема ограниченности площадей существующей застройкой не нова и для европейских зоопарков. Распространенным решением является сокращение коллекции и разнообразия видов в угоду лучшим условиям содержания для оставшихся, и даже, специализация на определенных видах. Так, например, зоопарк города Ростока отказался от содержания слонов, в угоду модернизации и расширения внутренних и наружных вольеров для человекоподобных обезьян.

В дополнение к тесной площади ситуация, на мой взгляд, усугубляется неэфективным её использованием. Коэффициент использования территории можно легко оценить на плане.

Разумеется, северное расположение и климатические особенности города влияют не только на выбор животных видов и растительности. Содержание многих африканских и южно-американских видов предполагает определенные тепло-влажностные условия, возможные лишь внутри зданий. Эта проблема известна зоопарку с времен его основания супругами Гербгардт.

В отличии от довольно плотной застройки, которая хоть и занимает около 20% площади парка, все же служит местом обитания для многих видов, дорожные покрытия, занимающие около 35% площади, представляют собой действительно большие потери полезной площади. 

Такая система дорожек парка сильно устарела. Здесь отсутствует целенаправленное ведение посетителей через экспозицию. Многочисленные широкие и узкие тропинки разрезают парк вдоль и поперек, отнимают не только площадь обитания у жителей парка, но и разнообразие пунктов наблюдения у его посетителей, способствуют постоянному cross-viewing (от англ. «перекрестный просмотр» - зрительный контакт между посетителями зоопарка). Большое количество крестообразных перекрестков без продуманого ведения часто вызывает у посетителей сложности – хочется посмотреть все, но приходится снова и снова решать куда идти дальше с риском принять неправильное решение и упустив что-то интересное часами ходить кругами.

В дополнение к этому большие площади тратятся на объекты не имеющие непосредственного отношения к зоопарку. Парк атракционов хоть и может служить дополнительным средством привлечения посетителей и, как следствие, инвестиций, но все же не является необходимой частью парка, в особенности принимая во внимание относительную близость куда более привлекательного в этом плане Диво-Острова.

Еще более значимую роль играет логичная и продуманная экспозиция, отсутствующая на сегодняшний день. Сейчас привлекательные и скучные для посетителей области расположены довольно неравномерно. Большие неоживленные площади с наименее захватывающим животным миром, где посетители идут мимо и не задерживаются, разбавлены редкими но довольно сильно концентрированными «активными зонами» где посетители толпятся создавая пробки и мешая друг другу. Важную роль здесь играет привлекательность отдельных видов животных. Часто, несмотря на любовь человечества к кошачьим, они проигрывают по популярности более подвижным видам животных. Частый посетитель зоопарка может заметить толпу детворы у сурикатов, активно занимащихся строительством нор, или у тюленей, играющих в водные догонялки, а вот лениво лежащие львы лишь ненадолго задерживают взгляды посетителей и интересны лишь во время показательных кормлений.

Я обратила внимание, что морозоуйстойчивые хищники – амурский тигр и белый медведь, способные привлекать посетителей круглогодично, имеют очень маленькие и плохо структурированные вольеры со скудной растительностью или вообще без неё. Классическая зоо-архитектура домов для хищников послевоенного времени, сильная сжатость, большие, но однообразные панорамы.

Переполненный Ленинградский зоопарк - Фото: Baltphoto

"Медвежий ров" - источник: сайт Ленинградского зоопарка

Но все же, хочется отметить и положительный момент. Несмотря на центральное расположение в мегаполисе, парк выглядит довольно зеленым. Cквер и канал, отделяющие парк от застройки позволяют широким древесным кронам создать идеальную ширму и спрятать от глаз посетителей отвлекающие многоэтажки, напоминающие о городском расположении.

Зеленая ширма на google-картах и google-панорамах

Еще одна проблема, а скорее особенность, это историческое прошлоезоопарка.

«...богатое прошлое оставило нам не только хорошие традиции, но и здания, которые ветшают и теряют актуальность в плане содержания и демонстрации животных...» пишет зоопарк на свой странице. Насколько мне удалось узнать, на территории парка нет архитектурных объектов, являющихся памятником архитектуры. Т.е. речь идет исключительно об инвестицих в модернизацию или снос и новое строительство. И тут, увы и ах, проблему по-другому не решить, будь то строительство зоопарка с нуля на новом месте или реконструкция старого, а деньги вкладывать рано или поздно придется, и много, как бы руководству не хотелось сэкономить и «улучшить условия содержания животных» без особых вложений. Существующие здания и вольеры уже давно требуют улучшений – это факт.

Помимо архитектурного, вероятнее всего, имеет место быть историческое наследие в виде памятников природы – растительное многообразие, и прежде всего, деревья. Вспоминая о положительном моменте выше, пункт этот очень важный и его стоит принимать всерьез при составлении мастер-плана.

О наличии памятников почвы и археологических захоронений на территории зоопарка данных мне найти не удалось.

Во всяком случае, сохранение памятников, на мой взгляд, не оправдывает содержание животных в неподходящих условиях. И здесь стоит вопрос важности – сохранить памятник, но отказаться от содержания животного или сохранить коллекцию, но пойти на компромисс по части сохранения строительной/природной субстанции.

Подведу небольшой промежуточный итог и посмею заявить, что мне удалось грубо набросать ключевые проблемы Ленинградского зоопарка, но не стоит исключать, что помимо этих, наверняка имеются и некоторые внутренние, или даже, политические проблемы, не очивидные для такого дальнего исследователя как я. В следующий раз попробую более детально углубиться в отдельные части парка и поработать над общими вариантами решения вышеобозначенного.  

Не пропустить мои архитектурные посты можно подписавшись на мой телеграм-канал.

Работа архитектора это не только рассчеты обьемов и стоимостей, не только муторное перечерчивание и подгонка стандартных деталей и узлов к индивидуальным ситуациям, не только утомительные плнерки и согласования. Иногда (не часто) – это творческая и креативная работа.

Сегодня один из таких дней, поэтому разбавляю суховатую [зоо]архитектурную теорию эскизами и скетчами.

Итак, вернемся в Ленинградский зоопарк и посмотрим как там содержатся белые медведи. К сожалению, у меня нет возможности заглянуть за кулисы и пообщаться с кураторами и зоологами лично. Потому сконцентрируюсь на том, что доступно обычному посетителю (в Интернете).

Вольер напоминает «медвежью гору» типичную для европейских зоопарков послевоенного периода.

© Зоопарк г. Антверпен, Бельгия, Вольер медведей до модернизации 2009 года

Зоопарк г. Росток, Германия, Вольер медведей до модернизации 2016 года © Wikipedia

Во всех трех объектах явно прослеживается схожесть внешнего вида. Отделочные материалы – облицовочный камень и бетон – неприхотливые в уходе, но очень архитектурно нагруженные и "стерильные". Архитектура в целом: естественным барьером к посетителям служит ров, в данном случае наполненный водой, на другой стороне – береговая часть, часто с небольшим уклоном и ступеньками. Похоже на сцену в театре, где широкая линия панорамы сужается к актерам, в данном случае к медведям.

Сравните с Google-панорамой из зоопарка

Ненадолго вернемся к нормам содержания, закрепленным в законодательстве и оценим приблизительно доступную площадь на плане.

Площадь вольера, хоть и довольно мала, тем не менее соответствует действующим нормам содержания. Единственное к чему можно придраться – отсутствие естественного грунта на трети площади – существущий вольер полностью запечатан в бетон/облицовочный материал. Помимо этого, полностью отстутствуют какие-либо природные структуры – скалы, растительность, стволы деревьев, котрые могли бы служить не только для «декоративных» целей, но и как «предметы интерьера» для мозговой и физической активности этих умных животных.

Белый медведь возле кордона Крестовая
© РАН, Программа по защите животных «Белый медведь»

Возможность охватить одним взглядом всю сцену хороша для театра, но скорее невыгодна для зоопарка. Посетитель подходит к ограждению, бросает взгляд в вольер – там ли животное? Немного наблюдает, и если животное не очень активное уходит к следующему вольеру. Время осмотра экспозиции – минимальное. Однако, при наличии подвижности в вольере человек задерживается, приходят новые посетители, которым тоже хочется увидеть интересное активное животное. Люди не уходят, да и зачем им куда-то идти, ведь 10 метров дальше вид на вольер абсолютно такой же.

Сейчас общую ситуацию для наблюдателя можно описать одним единственным разрезом.

Итак, люди не уходят, толпа скапливается возле стекла. Для мегаполиса с потенциалом большого количества посетителей это довольно критично.

Торжественное открытие вольера белой медведицы Хаарчааны © Ленинградский зоопарк

В вольерах, где изначально запланировано много активности – например показательные кормления или тренинги – необходимы большие панорамы, они дают возможность большому количеству людей одновременно насладиться представлением. Однако здесь не обойтись без приёмов, известных еще со времен древних амфитеатров.

В большинстве же случаев, оптимальным решением является осмысленное ведение посетителя вдоль вольера. Но для этого, во-первых, необходимо предоставить возможность перемещаться животному, за которым будут следовать и посетители. А во-вторых, предложить самому посетителю разнообразные наблюдательные пункты, заставляющие его не просто мельком взглянуть на экспозицию, а исследовать ее из различных уголков.  

Постаравшись учесть существующую застройку, я набросала небольшой план, как мог бы выглядеть новый вольер белых медведей в Ленинградском зоопарке.

Я сохранила двойное разделение вольера на основной и дополнительный, в каждом из них расширила береговую частью. В удаленной от посетителей и наиболее спокойной части запланировала дополнительный вольер для матери и потомства, с неглубоким водоемом.

Исходя из требований безопасности в новые вольеры запланированы шлюзы для персонала.

Внутренние помещения: два отдельных бокса для животных каждый около 20 кв.м, оснащенны с одной стороны решеткой для ежедневных тренировок и медицинских осмотров. Один более просторный бокс для беременной медведицы с примыкающим родильным боксом. Может использоваться как карантинный бокс, а также как удаленный от основных бокс, необходимый в процесе привыкания новых животных и для их прибытия. Для киперов – кухня для подготовки еды и помещение для разморозки, например, запасов рыбы.

Все части соединяются между собой проемами с раздвижными створками для наиболее эфективного менеджмента животных. Запланировано большое (порядка 160 кв.м.) техническое помещение для фильтрационной и прочей техники водоемов и здания в целом. При еще более компримированной модернизации и наиболее эффективном использовании площадей, стоит исследовать возможность размешения техники в цокольном этаже. Разумеется здесь важную роль играют сложные для Санкт-Петербурга свойства грунтов, подземные коммуникации и прочее.

Создание привычного для белых медведей скудного арктического ландшафта и ландшафта тундры, с каменистыми структурами, поможет не только разнообразить виды для посетителей, но и условия для самих животных.

Вместо большой открытой, но довольно монотонной панорамы –  изломаная линия с разноплановыми пунктами – объект наблюдения на уровне глаз,

ниже...

или выше,

под водой или над ней.

Всего около 5-6 неповторяющихся наблюдательных позиций.  Таким образом, 40-метровая панорама растянулась почти в два раза и, что самое главное, появилось «течение».

Доступная для животных площадь также увеличилась почти в два раза, при этом общая площадь изменилась лишь незначительно, за счет оптимизации потерь на дорожки посетителей.

Доступная для животных площадь также увеличилась почти в два раза, при этом общая площадь изменилась лишь незначительно, за счет оптимизации потерь на дорожки посетителей.

На этом на сегодня закругляюсь, а предыдущие части можно прочитать здесь:

Введение

Историческая основа

Проблематика

Каким должен быть зоопарк?

Или без сокращений и задержек на моем канале.

До следующего раза!

А пока собираю незамыленные архитектурным взглядом впечатления жителей Санкт-Петербурга и области составлю небольшую историческую сводку, чтобы понять, каким путем двигался Ленинградский зоопарк в общей исторической картине зоопарков Европы.

Здесь привожу укороченную версию моей статьи, полную подробную версию можно прочитать по ссылке в моем телеграм-канале посвященном архитектуре и строительству.

Взаимосвязь между человеком и животным такая же древняя как и само человечество. Одомашнивание животных началось еще в каменном веке. А с течением времени, содержание животных разделилось на три основные группы: содержание полезных животных – скота как источник питания и материалов, транспорт; содержание домашних животных, как симбиоз, сосуществование под одной крышей; и содержание диких, не прирученных или не поддающихся приручению животных. Последнее, в свою очередь, можно разбить на два вида – в качестве ресурса, как полезные животные и статусное владение (демонстрация силы, экзотичность).

Уже в древнем Египте в 5-6 веке до н.э. в темпелях содержались священные животные, а со времен Аристотеля (384-322 до н.э.) до нас дошла информация о коллекции животных для кабинета редкостей. Уже тогда эти животные содержались и использовались в научных целях.

Во времена Александра Македонского (356-324 до н.э.) получило распространение содержание хищников и экзотов, а также демонстрация их на публику, участие в гладиаторских боях.

Долгие века просуществовала мода держать животных при религиозных учреждениях и дворах знатных персон. Гербовые и экзотические животные служили показателем силы и престижа, давали их владельцем ощущение всесильности и возможности править не только людьми и землями, но и управлять самой природой. Своеобразная концепция Эдема, в котором растения и животные существуют под покровительством человека.

Первое поколение зооархитектуры (до 1900 года)

Выставка в колониальном стиле

Стоит отметить, что зоопарки того времени не особо задумывались об условиях содержания животных, а были своего рода выставками живых трофеев и служили, прежде всего, местом отдыха и увеселения для их посетителей.

— Его хозяин, немец Эрнст Рост, вынашивал планы строительства петербургского зоосада на новой, обширной территории, где животные могут содержаться не в тесных клетках, а в просторных вольерах в "естественных" условиях, — рассказывает Наталья Гергилевич, президент Зоологического общества Санкт-Петербурга Фонду «Русского мира» — Он дружил с Карлом Гагенбеком, создателем знаменитого на весь мир зоопарка под Гамбургом, где соблюдались эти принципы, и они оба хотели создать подобное в России. Эрнст Рост обращался даже в Думу, но его не послушали и даже, наоборот, повысили арендную плату. Тогда разочарованный немец продал зоосад и в 1897 году покинул Россию.

Тем не менее, Э. Росту удается превратить сад "в процветающее, коммерчески успешное предприятие, составившее гордость не только нашего города, но и всей России" – пишет А. Зефельд в своем очерке посвященном 25-летию сада.

Второе поколение зооархитектуры (1900-1930 годы)

Панорамный вид без решеток

Третье поколение зооархитектуры (1930-1960 годы)

Формализм и функционализм

Усиливается активность защитников прав животных. Функциональное и практичное строительство этого времени служит своего рода ответом на невозможность передать истинную природу в зоо. Уменьшается или недооценивается роль и важность посетителя зоопарка, функциональные, но слишком стерильные картины, неприятны для посетителя, они порождают новую волну зоозащитных движений.

Четвертое поколение зооархитектуры (1960-1990 годы)

Возвращение природы в зоопарк, потребности животных

Пятое поколение зооархитектуры с 1990.

Маркетинг и большое строительство. Мир впечатлений

Неизвестно, играют ли здесь свою роль политические соображения или проблема только финансовая, в любом случае, то что зоопарк уже давно требует модернизации становится очевидно не только сотруднику зоопарка, но и простому обывателю в интернете. Причем не только архитектурной, а, прежде всего, зоологической его части. В процессе моих поисков, мне довелось прочитать много противоречивых отзовов его посетителей – как восхищенные, так и полные разочарования и нелестных эпитетов.

Мало кому требуется пояснять какую роль играла Европа с ее тенденциями в истории становления Санкт-Петербурга. И моим противпоставлением европейского пути Ленинградскому зоопарку я не пытаюсь убедить кого-либо в том, что зоопарки в Европе идеальны. У каждого из них свой особенный путь развития, а мою задачу как зоо-архитектура я вижу в том, чтобы внести свой вклад в это развитие и, прежде всего, в улучшение условий содержания животных. Для меня было поразительно разобраться в том, как трансформировались зоопарки за последние 200 лет. Кроме того, становится понятно: современная маркетинговая зооархитектура – это однозначно не конечная остановка.

Я построила для себя общую картину исторического развития Ленинградского зоопарка и немного лучше поняла общую проблематику проекта. Разбором займусь в следущей части. Моими постами, мне бы хотелось донести до обычных посетителей зоопарков картину их внутреннего устройства и функционирования, чтобы они не просто смотрели на животных как на атракцион, а понимали - какие у него условиях содержания, почему они именно такие, какие существуют пути улучшения. Зная не понаслышке о трудной финансовой ситуации многих зоопарков прикрутила к моему пикабу донаты с целью их поддержки.

P.S. В 1900 люди были уверены что знают все о слонах, даже и написать об этом нечего было, а спустя всего лишь 120 лет целая команда зоологов и архитекторов работает плечо к плечу, создавая для них хотя бы приближенно-оптимальные условия, и удивляясь, как много зоологических особенностей связано с этой, казалось бы, простой задачей.

Привет, сегодня еще немного зоо-теории, необходимой для разбора поставленных в прошлый раз проблем. Во главе угла стоит проблема недостатка площадей. Разберемся, на что же тратится этот ценный ресурс или, иначе говоря

А. Во-первых, конечно же, животные в их «жилищах».

B. Люди, которые за этими животными ухаживают и помещения, которые им для этой работы требуются. Гардеробные, помещения для готовки еды (себе и подопечным), для отдыха, управленческие здания.

C. Склады для запасов корма, инструментов и оборудования, гаражи для техники и прочего необходимого при уходе за животными.

D. Посетители, и помещения, необходимые чтобы чувствовать себя комфортно в неком общественном пространстве – кафетерии и рестораны, туалеты, игровые площадки, выставочные площади, образовательные центры, кассы, сувенирные шопы.

E. Технические помещения для снабжения всех вышестоящих групп светом, водой, теплом, свежим воздухом.

В нашем случае, площадь – величина постоянная и расширение невозможно. Количество технических площадей E определяется из суммы вышестоящих пунктов – грубо говоря, сколько нужно техники, чтобы снабдить необходимым А, В, С и D. Количества B и С вытекают из количества A – сколько нужно сотрудников, техники и корма, чтобы содержать A количество животных. Площади необходимые для D – это площади, нормированные для общественных пространств и вытекают из количесества посетителей и общей площади парка.

Вернемся к таблице из прошлого поста и заметим огромную концентрацию видов и особей на относительно небольшой площади. Из сравнения с европейскими зоопарками можно заметить, что на доступных зоопарку 7,2 га реально разместить 180 – 220 видов разнообразных животных, но никак не 640. Даже если учесть, что примерно половина из этих животных насекомые, рыбы или земноводные содержащиеся в террариумах, т.е. много различных видов на относительно небольшой площади (см. тропический аквариум и зоопарк Гамбурга – 350 видов на площади 0,8 га и 140 видов на площади 18,2 га).

Итак, очевидно что остаться на старом месте и при этом соответствовать своему времени зоопарк может только сократив коллекцию животных. Но куда же их девать? Модернизация зоопарка процесс не одного дня, при остановке программ размножения часть животных умрет по естественным причинам с течением времени, часть животных усыпят, часть пристроят в другие зоопарки. Об этической стороне контроля популяции и содержания животных в неволе уже писала здесь.

Но не теряется ли сам смысл зоопарка, если убрать из него животных? Разумеется, суть в том, чтобы убрать не всех животных. Как же решить, кто достоин остаться, а кто нет?

С этой целью зоопарки, планируя свое дальнейшее будущее, проводят анализ коллекции животных.

Каждому животному в зоопарке, или тем, которых зоопарк планирует приобрести, присваиваются следующие критерии:

·  зоологическая ценность (оценивается важность сохранения того или иного вида в природе в целом, его редкость);

·  дидактическая ценность (важность сохранения животного в коллекции касательно общих целей учреждения, его выставочная ценность, в том числе, региональная важность – например, сохранение редких животных, места обитания которых расположены в стране или регионе);

·  сложность содержания (интенсивность ухода, опасность, стоимость содержания конкретного вида);

·  особая ценность для учреждения (важность сохранения животного для зоопарка, связанная с его историей или символичностью, например, символ зоопарка – белый медведь).

Сайт Zootier-Lexikon каталогизирует животных по степени их редкости

Помимо самих животных анализируются и показатели условий их содержания. Каждый вольер оценивается по следующим показателям:

·  размер – соответствие требуемым условиям содержания и размеру животного;

В России регулирующим документом является Постановление правительства РФ от 30 декабря 2019 г №1937 об утверждении требований к использованию животных в культурно-зрелищных целях. В нем, прежде всего, закреплено обеспечить пространство и обстановку, удовлетворяющие потребности животных в физической активности, необходимой для поддержания благополучия их конкретных видов.

В таблице ниже приведено сравнение этих норм для крупных кошачьих и белых медведей с немецкими, на которые, в большинстве случаев, мне приходится опираться в моей работе.

На первый взгляд, отличия в российских и европейских нормах довольно незначительные, тем не менее стоит уточнить, что передовые зоопарки Германии, ориентируюясь на данные нормы, закладывают большой запас на развитие, связанный с постоянным увеличением требований зооохраны. Так, например, строящийся на сегодняшний день вольер для амурских тигров в зоопарке Штуттгарта, предусматривает для 1+1+4 животных (пара + 4 детеныша) три наружных вольера порядка 1.200 м², и 6 отдельных боксов около 40 м², два из которых оборудованы родовыми домиками. Это связано не только с нормами площадей, но и с удобством логистики и перегона животных между вольерами.

·  техническое оснащение – наличие шлюзов, карантинных вольеров, интактность ворот и дверей, соответствие требованиям безопасности (охрана животных, охрана труда и безопасности людей);

·  состояние ограждений – выполнение ограждающей функции, безопасность, эстетичность;

·  наличие и состояние инфраструктуры – в завивисмости от вида и его потребностей в воде, энергии, терморегуляции, а также наличие защитных компонентов – например защита растений от поедания животными;

·  логистика  – оптимальные расстояния между персоналом, животным и обслуживающей техникой, менеджмент транспорта и снабжения специфичные для каждого вида;

·  структура вольера (условия содержание животного) – наличие достаточных развлечений и специальных тренировочных компонентов для животных, или элементов необходимых для нормальной повседневности животного – например, места для купания и грязевые ванные у слонов, столб для кормления у хищников;

·  дидактика – ценность вольера для посетителей, наличие возможностей для наблюдения, громкоговорители, освещение, информация о содержащемся животном.

На основе всех этих критериев составляется рейтинг животного и выбираются наиболее значимые для зоопарка экземпляры. Разумеется, это работа прежде всего зоологов, а не архитектора, но возвращаясь к конкретному Ленинградскому зоопарку, можно было бы представить сокращение зоопарком теплолюбивой австралийской или африканской коллекции животных в угоду морозоустойчивых животных полярного круга, менее чувствительных к условиям климата и имеющих региональное значение.

С одной стороны, с уменьшением коллекции животных уменьшается и ценность экспозиции в целом, а также интерес к ней у посетителей. Возникает риск уменьшения количества посещений, сокращения фиансирования для оставшихся видов. С другой стороны, более качественная выборка животных и более качественная их демонстрация служит для повышения интереса и посещаемости. Здесь мы возвращаемся к нашей проблеме номер 2 – отсутствию качественной экспозиции.

Показ животных, не равно показ животных. Количество не должно идти в ущерб качеству. Концепция «зверинца» - демонстрация и обладание как можно большим количеством видов, не способна в современных условиях конкурировать с качественной экспозицией, которой многие соотечественники уже успели насмотреться в Европе.

— Не хочу даже идти в наш зоопарк, так жалко зверюшек, то ли дело в европейских зоопарках: им созданы вольготные условия и просторные вольеры, — говорят поездившие за границу петербуржцы.

...

Мы за границами не бывали, Интернета тогда не было, и мы, и посетители искренне считали, что наш зоопарк самый лучший. Когда в 90-м году мы впервые посетили зоопарк в США, то у нас открылись глаза. Вернувшись домой, мы заново увидели тесноту и убожество клеток, стало стыдно даже перед горожанами...

Из интервью Натальи Гергилевич

Но что же должна содержать качественная экспозиция, чтобы быть приятной для глаза посетителей? Уже в прошлом веке ведущие зоологи и эксперты в этой области сформулировали ключевые принципы, которыми должен обладать зоопарк, и в последние десятилетия упор сильно сместился с увесилительной на образовательную и просветительскую функции.

Человеческая натура же, лишь незначительно изменилась с теченим веков, и выражение «Хлеба и зрелищ» характерно для нас, не меньше чем для древних римлян, к которым оно адресовано. Изменились только сами «зрелища».

На изображении ниже показано из чего складывается мотивация посетителя зоопарка. 70% потребности посещения зоопарка – это наше желание получить легкое удовольствие, расслабиться, отдохнуть, «поглазеть» и лишь 10% приходится на тягу к научным знаниям.

Как и в пирамиде Маслоу, достичь цели на верхушке пирамиды, можно лишь удовлетворив все нижележащие «низменные» потребности человеческой натуры.

Эмоциональную мотивацию при посещении такого места как зоопарк, человек получает, прежде всего, посредством зрительного восприятия. Не последнюю роль в обработке этой информации играет присущий нам антропоморфизм. Вспомним формализм третьего поколения зооархитектуры, на которые обрушился шквал критики общественности – функциональные, но стерильные и неприятные для глаз посетителя вольеры.

Невозможно научить человека знаниям, внушить ему прогрессивные и благие идеи не прибегая к манипулятивным приемам. Манипуляция лежит в основе многие позитивных и конструктивных процессов. Именно на ней основано любое образование, спортивные тренировки и прочее. Человеку вкладывается в голову представление о его светлом будущем, успехах и достижениях, которые его ждут, если он вот в эту самую минуту пересилит свою природную лень и начнет читать/учить/заниматься тем, что от него требует манипулятор-учитель и манипулятор-тренер.  Интересная и подробная лекция по этой теме от Евгении Тимоновой здесь.

На той же самой манипуляции базируется и образовательная функция зоопарков. Усвоение информации, благотворительность возможны лишь на фоне удовлетворения личных «эмоциональных» потребностей, тех самых 70%. Одним из класических примеров является воронка пожертвований, которую можно увидеть в каждом зоопарке Германии. За детское удовольствие насладиться качением монеты по спирали, посетители платят той самой монеткой.

Итак, подводя сегодняшний итог, каким должен быть зоопарк чтобы привлекать посетителей:

Выглядеть комфортно – человек должен видеть довольное животное, в подходящей для него среде, и ему самому должно быть комфортно. Вид животного в вольере не должен вызывать у посетителя угрызений совести или чувства жалости.

Быть простым и доступным для людей всех поколений – человек не хочет разбираться в схемах, решать куда идти. Он хочет на ручки отдыхать, наблюдать за животными, посидеть, если устал и поесть, если проголодался. Отдых не будет легким, если целый час искал где запарковать машину или ждал очереди в туалет.

Давать разносторонние впечатления – любопытство человека не только в том, чтобы увидеть животное, но и услышать звуки, которые оно издает, почувствовать его запахи и, если возможно, потрогать.

Доставлять удовольствие – ходить в музее животных между рядами довольно скучно, разнообразие могут привнести организованные парком мероприятия – тематические эвенты, ночные экскурсии, световые шоу.

Иметь особенности и соответствовать духу современной маркетинговой зооархитектуры – вишенкой на торте эмоциональной мотивации и узнаваемым символом парка может стать какое-либо особенное уникальное сооружение, Лахта-центр паркового масштаба, являющийся точкой притяжения проект.

И на верхушке пирамиды – давать знания, ненавязчиво, в игровой форме доносить важную информацию или закладывать зоозащитные основы детям и взрослым.

Вольер амурских тигров, зоопарк Дюйсбург

Пока не решила в каком направлении буду углубляться в этой теме дальше. Поразмыслить и почитать предыдущие части можно здесь:

Введение

Историческая основа

Проблематика

До следующего раза!

Живу в Китае, жена - китаянка Хелена.

Раз уж я тоже живу поблизости и уже снимал несколько роликов про конкретную китайскую деревню (в часе езды от того же Ханчжоу) - не вижу причин не поделиться ими с широкой общественностью.

(несколько видео для "не читателей")

Покатушки по деревне на моноколесе:

Китайская помолвка (навещаем Хелениных друзей-родственников):

Китайская свадьба (с местным колоритом и неспешными прогулками):

Природа недалеко от деревни (и Ханчжоу), поблизости с национальным парком Моганшан:

При этом стоит понимать, что провинция Чжэцзян (Zhejiang), куда входит и Ханчжоу, считается "южным цивилизованным, зажиточным Китаем". (север и юг у Китая в плане экономического развития - это примерно как восток и запад у России).

В противовес такой очень денежной пасторали с 3-4х этажными домами за 20-40 миллионов рублей и стриженными газонами на обочинах расскажу про деревню на севере Китая (в нескольких часах езды от Пекина); которая произвела на меня абсолютно противоположное впечатление:

Говоря о быте, стоит рассказать о деревне как таковой. Деревни свекрови и свёкра отличаются друг от друга незначительно. Пожалуй, первая более пыльная (толстый слой пыли повсюду), производит впечатление более грязной; а во второй деревне мы не увидели водопровода, вся вода привозная, в бочках. В остальном же они похожи, поэтому и рассказывать я буду про деревню в общем.
Местность горная, поэтому привычной картины российской деревни тут не наблюдается: никаких аккуратных рядов домов с приусадебными участками и огородами за ними. Я в подобном населенном пункте был впервые, из ближайших ассоциаций - абстрактная "афганская" деревня из любой компьютерной игры.
Хаотичное расположение домов и земельных участков, неширокая (но качественная, бетонная) однополосная дорога по деревне и между домами, постройки возводятся своими силами из кирпичей/бетона/глины/щебня/камней/божьей помощи. Довольно много мусора на улицах (хотя как-то непривычно это называть улицами, скорее проулки), так как казенных уборщиков в оранжевых робах тут нет, а китайскую привычку разбрасывать все-что угодно где попало никто не отменял. Зимой пейзаж (особенно после зеленого Ханчжоу) довольно унылый, но летом однозначно должно быть очень живописно: все зеленое, цветет и пахнет. А горы - это горы, они всегда красивые...

Чтобы не копипастить простыню из своего телеграм-канала с текстом, фотографиями и видео - дам ссылку на пост про северокитайскую деревню: https://t.me/china_life/2342

Фотографии там же.

___
Не совсем о деревне, но снято поблизости (кому интересна визуальная часть):

Что спросить у режиссера (снято в "старом городе")

Китайские школы (на окраине города, недалеко от деревни)

Собственно, в Telegram у меня еще много писанины о китайских деревнях и городах (искать по ключевым словам).

Не стесняйтесь задавать вопросы, я буду рад ответить и поделиться тем, что знаю/видел/ощущал.

Гимназическая / Коммунальная ул.

Государственный банк / Главное управление ЦБ РФ по Тамбовской обл.

Долгая ул. / Ул. Карла Маркса

Дом Михайлова / Областная Дума

Екатерининский институт / Корпус 3 лицея №29

Епархиальное женское училище / Управление УМВД Тамбовской области

Железнодорожный вокзал

Женская гимназия / Областное управление ЗАГС

Семейное собрание приказчиков / Областное управление культуры

Соединённый банк / Кинотеатр Родина

Устье реки Студенец

Предыдущие посты:

Тамбов: до революции и сегодня (сравнение)

Тамбов: до Революции и сегодня. Было-Стало. Часть 2

Вид на Подол с Андреевской горы

Андреевский спуск

Большая Житомирская улица

Городской оперный театр / Национальная опера Украины

Львовская улица / Улица Сечевых Стрельцов (переименована)

Театр Соловцов / Театр Ивана Франко

Угол Нижнего Вала и Житнеторжской площади

Фонтан "Самсон"

Церковь Рождества Христова

Андреевская улица

Фотографии взяты прошлого отсюда

Современные фотографии взяты отсюда и остюда

См. Также:

Тамбов: Было стало: Часть 1, Часть 2 и Часть 3

Киев: Было-Стало: Часть 1

Мальмё стал городом в конце XII века, и развивался как торговый порт. Исторически связанный с городами Ганзы, торговал рыбой и прочим немудреным товаром.

Для такого древнего города удивительна современная застройка. Даже вторая, по высоте в Европе, жилая башня находится тут. Название переводится как «Вращающийся торс».

Пишут, что свыше сорока процентов населения – это иммигранты, однако городок тихий и спокойный. По сериалу «Мост» мы знаем, что это не так!😁 Что касается приезжих, то они большинством из Ближней Азии, и так как Мальмё самый южный город Швеции, то климат тут теплее.

После открытия системы туннельно-мостового перехода, называемого «Эресуннский мост», сложилась парадоксальная ситуация. Прямой поезд до датского аэропорта «Каструп» идет 17 минут. А доехать до аэропорта самого Мальмё – 21 минута, причем туда не ходят электрички. И весь город летает через Данию.

Архитектура городской застройки оригинальна и необычна, при всей «экстравагантности» она удобна и создает уютную среду.

Можно часами сидеть на покрытой «бесконечными» деревянными лавками набережной пролива, и любоваться бесшумно взлетающими самолетами.

www.sboy.net

Наконец, после весьма длительного перерыва мы прибыли в наш любимый город Европы.

Честно сказать настолько пустым мы его ни разу, до этого, не заставали.

Вот так выглядит Староместская площадь:

Вот так Пражский Град:

Даже Карлов мост относительно свободен:

Лебедей, кстати, по ощущениям стало меньше:

Очень мало посетителей в зоопарке, всегда свободные места в Козловне и прочих, обычно забитых под завязку заведениях.

Зато в зоопарке появились новые вольеры (правда закрыты "тропики"):

Тем не менее, единственное место, где в Праге у нас попросили предъявить QR-код это кафе в этом самом зоопарке. В остальном максимум видели "уведомляющие" таблички в питейных заведениях.

Ну и да, пиво и еда всё такие же вкусные, с парковками всё такая же полная задница.

Ещё, в этот визит, открыли для себя одну неплохую чешскую настойку - Krvesaj.

Штука, на вкус, напоминает польскую вишнёвую сОплицу, а через три секунды соус табаско.

Так же ходит упорный слух, что с 9 февраля Чехия собирается снять все внутренние ограничения, связанные с короновирусом.

Что ж, желаем им удачи в этом начинании.

Всё таки крайне красивый город. По нему можно идти весь день, и старинные здания всё не кончаются.

Правда их очертания медленно-медленно, плавно-плавно скрывает туман алкогольной дымки... Ведь питейных и прочих увеселительных заведений здесь не меньше, чем памятников старины.

Есть там пара заведений, которые вызвали особо тёплые чувства - одно из них Паприка. Вкуснейшая еда, разливное пиво и отличное венгерское вино, как красное так и белое (хотя в меню я его не нашёл, так что спрашивайте у официантов)

Ещё одно заведение, чисто похавать, с лояльнейшими ценами, но работает только днем (до 18:00)

Единственное, что в этом городе "не до", это зоопарк. Он милый, но по сравнению с Пражским, Берлинским, Московским (да и с рядом других, местячковых чешских, итальянских, молдовских, самих же венгерских) оставляет желать лучшего.

А да... Экспозиция в музее с какими-то египетскими чудиками тоже стоит посещения...