Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Оригинал: https://wumo.com/wumo/2022/11/19
А я тут, воспользовавшись нововведением Пикабу, сделал несколько серий своих постов. Прошу любить и жаловать:
Оригинал: http://wumo.com/wumo/2020/11/10
Торт - это ложь, а 371 - вот оно, взаправдашнее, нужно его только отыскать
![[Перевод] Бестиарий 2025](https://img.vombat.su/xl/images/post/big/07/02/2025/1738950444997_064b200c-4d3f-4557-8ab8-90839cb89a6b.jpg)
Начал перевод одной из самых важных книг для настольно ролевой игры Подземелья и Драконы. В прошлом году начали выпускать обновление троекнижия и это последняя книга из них, в котором содержится 503 монстра для игры.
Готово:
Скачать можно бесплатно на моём Boosty. Также по этой ссылке можно будет проверять новые версии Бестиария.
Что нового и интересного?
Теперь у мобов иногда есть раздел "Снаряжение", где описывается простейший лут. Оно как бы и без этого было примерно понятно, но всё равно полезно.
Статблок фамильяра вампира очень прикольный. Теперь все вампиры будут супер мобильными, как плуты. Из-за атаки этой твари ещё и не хочется падалить в нули, потому что будет в параличе час лежать.
Ааракокры теперь элементали. В остальном статблоки, как статблоки. Просто нормальная монстра.
Арбалета сильно поменяли. Сделали его более аболетным. Теперь он ещё больше ужас из глубин, который собирает приспешников и знает всякое. К слову, это первый прецедент монстра, который в своём логове имеет больше легендарных действий.
Новые небожители фурри Владыки зверей. Выглядит, как интересный покровитель для друидов (уже хочется сделать такого колдуна) и вполне забавный НПС-трикстер для сюжета. Ауф цитаты идут в комплекте.
Арканалот теперь не такой могущественный заклинатель. Была 8я ячейка, а теперь как-то сильно мало. Зато выдали абилку с книгой, которая изгоняет врагов на время. Не совсем хорошо, потому что это минус игрок из боёвки. Будет сидеть в книге и скучать.
Очень много выдают владений спасбросков. У того же арканалота их аж 4. Инициатива теперь у многих мобов не просто модификатор ловкости, а уже как-то на шару бонус мастерства выдают. Владыка зверей вообще имеет +19 к инициативе.
![[Перевод] Бестиарий 2025](https://img.vombat.su/xl/images/post/big/07/02/2025/17389504450003_a89d0cb0-f0f5-4d12-8381-c65eb5507ebd.jpg)
Если вы хотите принять участие в вычитке, то есть документ в Google Диске, где вы можете оставить комментарий на ошибке/опечатке/плохой ссылке/кривым переводом и так далее.
Также идёт процесс обсуждения терминов в фокус-группе. Если у вас есть желание и возможность помогать своим компетентным мнением, то заполните резюме в Google Форме. В течении пары дней я добавлю вас в канал на своём Discord сервере. Но я всё равно учитываю комментарии вне этой группы.
Инструкции - особый жанр крипи; для меня они всегда относились к категории "не верю, но экспериментировать и повторять не стану".
Автор: Jett Cyber. Мой перевод, вычитка: Sanyendis
По телевизионным студиям ходит легенда о канале «∞». На него трудно попасть, и есть разные предположения о его истинной природе. Я расскажу вам, как на него выйти и что делать дальше.
Приобретите телевизор. Желательно аналоговый, и чем старше, тем лучше.
Найдите пульт, не обязательно от того телевизора, что вам удалось достать.
Если вам удалось найти аналоговый телевизор, включите его и настройте так, чтобы он показывал помехи (или чёрный экран, если у вас всё же цифровой). В общем, что угодно, только не осмысленную картинку.
Выйдите из комнаты на три часа. Если у вас в доме есть близкий человек, возьмите его с собой. Если у вас есть друзья, позовите и их тоже.
За три часа вам нужно достать несколько предметов. Я перечислю их в порядке от самого важного к наименее значимому. Обратите внимание: это не обязательно, но с ними вам будет легче.
Вам понадобятся:
- предмет, который вам дорог;
- два ручных зеркальца;
- оружие (огнестрельное или любое другое);
- любимая книга;
- мобильный телефон;
- ключ;
- кувалда или кирка.
Примерно через три часа снова войдите в комнату. Все остальные должны ждать снаружи.
Закройте дверь.
Смотрите на экран, пока не испытаете чувство страха или дезориентации.
Позовите остальных в комнату.
Отдайте вещь, которая вам дорога, человеку, который вам важнее всех в комнате, а затем попросите его снова выйти. Если вы не взяли такого предмета, обнимите этого человека и прошепчите ему на ухо свой секрет.
Попросите остальных тоже выйти. Они не должны возвращаться, что бы ни случилось, пока вы снова не откроете дверь. Примечание: чем больше людей вы пригласите, тем им будет сложнее, но вы будете находиться в большей безопасности. Поверьте мне.
Держите зеркала так, чтобы в одном из них отражался экран телевизора, а в другом – это отражение в первом зеркале. Должно казаться, что телевизор находится позади вас. Оставайтесь в таком положении, пока на экране не появится знак вопроса. Если вы не взяли зеркала, сядьте лицом к телевизору и ждите, пока не услышите шум.
Возьмите в руки пульт. Нажимайте на стрелку вверх, чтобы ответить «да», и на стрелку вниз, если хотите сказать «нет». По разным свидетельствам, вам могут задать от трёх до двадцати шести вопросов. Они будут самыми разными – от банальных до глубоко философских. Отвечайте правдиво, иначе не сможете достичь канала «∞».
Когда вопросы закончатся, произойдёт одно из трёх событий:
- покажут ваш самый любимый сериал, только в этом его эпизоде всех героев убьют самым жестоким образом;
- вы увидите изображение вашего самого нелюбимого человека или вещи. Возьмите оружие и разбейте экран. Не беспокойтесь, через несколько секунд он восстановится. Примечание: это, очевидно, самое простое из трёх;
- появится странный мерцающий вихрь и затянет вас в альтернативное измерение.
Если это случилось, вы окажетесь в искажённой версии своего дома. Вам нужно пройти в свою комнату, там вас будут ждать четыре предмета из списка. Возьмите их и выйдите наружу. Вас встретит зловещая версия привычного мира: красное небо, серое солнце, тёмно-оранжевые растения и лёгкий туман пурпурного цвета. Вам нужно отправиться в ближайшее общественное здание (подойдёт школа, торговый центр, заправка и т.п.). Откройте дверь ключом (он должен подойти к замку) и войдите. Если у вас нет с собой ключа, заберитесь внутрь через окно.
Найдите комнату с одним входом. Сядьте и начните читать книгу. Если у вас нет с собой книги, просто сидите и постарайтесь не скучать и не бояться. В течение следующего часа за дверью послышатся шаги. Не поднимайте глаза от страниц. Когда звук шагов затихнет, досчитайте про себя до двухсот пятидесяти. Каждый раз, как вы отсчитаете очередной десяток, снова будет раздаваться звук шагов – всё ближе и ближе к двери. Когда вы закончите считать, в дверь постучат. Если ударов будет три, откройте. Если четыре – дважды скажите вслух «Запрещаю», и только потом открывайте.
За дверью будет стоять каменная статуя того, кого вы очень любите. Это может быть член семьи, лучший друг, романтический партнёр или даже персонаж книги или фильма. Разбейте голову статуи кувалдой или киркой. Если это женщина, уничтожьте также её левую руку. Если вы не захватили кувалду, можете просто толкнуть статую так, чтобы та разбилась.
Выйдите из здания тем же путём, каким вошли. Наступит ночь. Посмотрите на луну. Она будет розовой или зелёной, полной или убывающей.
Если луна:
- розовая и убывающая. Достаньте телефон и позвоните по третьему номеру в списке последних набранных;
- розовая и полная. Наберите случайный номер. Прежде, чем возьмут трубку, сильно прикусите язык (если вы не взяли телефон, притворитесь, будто так делаете);
- зелёная, убывающая. Снимите с себя всю одежду и бегом вернитесь к дому. Что бы ни случилось, не оглядывайтесь;
- зелёная и полная. Если говорить начистоту, то вам конец. В течение получаса вы умрёте.
Если вам повезло и выпал один из первых трёх вариантов, вы очнётесь перед телевизором и сможете продолжать ритуал.
Вы попадёте на канал «∞». Что делать дальше, зависит только от вас. Если выбрать функцию «гид», то в списке будут такие передачи, например, как «Смысл жизни» или «Как обрести настоящую любовь». Выберите одну из них. Примечание: чем больше людей будет ждать за дверью, тем больше откровений вы услышите, и тем выше шансы увидеть передачу с наиболее судьбоносными результатами. Если вы продолжите смотреть в экран, не обращаясь к списку программ и не разрывая зрительного контакта с телевизором, то увидите серию изображений. Если их расшифровать, вы получите ответ на свой самый большой вопрос. На данный момент существует множество вариантов того, что можно делать – перечислять всё не имеет смысла. Просто поступайте так, как считаете нужным, и что-то произойдёт. Подавляющее большинство вещей будут хорошими, но не все. Вы можете покинуть комнату в любой момент, но есть два важных нюанса. Во-первых, никому нельзя рассказывать о том, что вы увидели после того, как посетили канал «∞». Во-вторых, проводить ритуал разрешается только четыре раза в жизни.
Надеюсь, вы найдёте этот опыт познавательным.
Выкладываю "старые" переводы, которые пока что были только у меня в ТГ. Дальше - посмотрим.
По дороге в общину Джейкоб гордо рассказывал о том, как в последнее время увеличилось влияние их церкви. Хотя они больше не принимают новых членов после того случая с федералами, с ними сотрудничает несколько якобы «обычных» приходов, и они даже стали рассылать миссионеров в Африку, Южную Америку в некоторые страны Ближнего Востока. Натаниэль Джеффрис отправился в Гану, чтобы вести дела церкви в том регионе. Теперь он на слуху у тамошних высокопоставленных чиновников, и о нём знают даже в соседних странах. Джейкоб не сказал ни слова о моей матери и о наших братьях и сёстрах, а я не горела желанием расспрашивать.
Когда мы подъехали к главным воротам, я увидела двух измождённых женщин, работавших в поле. Кажется, это были моя мать и её подруга Мария. Они молча проводили меня взглядами, покачивая головами.
Когда Джошуа привёл меня к Смирнану, во мне боролись два желания: броситься бежать и съёжиться в ужасе. Он выглядел точно таким же, каким я его запомнила. Это угловатое, словно высеченное из камня лицо ни капли не изменилось. Как и его жестокость. Первым делом он приказал Джейкобу держать меня покрепче. Тот выглядел немного обескураженным, но беспрекословно повиновался. Смирнан выдернул серьги с подслушивающими устройствами у меня из ушей. Я болезненно вскрикнула, чувствуя, как рвутся мочки ушей. Смирнан приказал Джейкобу положить мои руки на стол, ладонями вверх, и вышел из комнаты. Я плакала и умоляла сводного брата отпустить меня. Но он ответил, что не может этого сделать. Слово Смирнана есть слово Божье. Он его пророк.
Смирнан вернулся, неся в руках небольшую кувалду и рулон клейкой ленты. Он связал мне руки так, чтобы я не могла сомкнуть пальцы в кулак, и положил по серьге в каждую ладонь. А затем спокойно и методично раздробил обе серьги – а вместе с ними и несколько моих костей.
Пока я плакала и поносила его, на чём свет стоит, Смирнан спокойно перебирал окровавленные кусочки пластика. Он медленно кивнул, увидев крошечные осколки электроники, и сказал, что ожидал чего-то подобного. Что рано или поздно безбожники придут за ними.
Смирнан приказал Джейкобу запереть меня в подвале, а потом подниматься наверх, пока он будет созывать людей. Осколки костей болезненно тёрлись друг о друга, когда меня подняли из-за стола. Я умоляла Джейкоба не делать этого, что я не вынесу этого снова. Но он впал в ярость. Со злобой в голосе он процедил, что мне стоит благодарить его уже за то, что я буду здесь, внизу, в большей безопасности, чем кто бы то ни было в общине. Толкая меня вниз, он добавил, что, будь его воля, он бы просто меня убил.
Скорчившись от боли, я лежала, задыхаясь, у подножия лестницы, и пыталась сдержать поток воспоминаний обо всём, что случилось со мной в этом кошмарном месте. Я чувствовала себя так, словно оказалась в безвоздушном пространстве. На мили вокруг не было ни наркотиков, ни алкоголя, чтобы забыться, как я поступала всегда, когда события вокруг принимали слишком крутой оборот. Я сосредоточилась на ладонях, даже пыталась нарочно разбередить раны. Острые вспышки боли помогли на какое-то время отвлечься, но скоро перестало помогать и это.
Не знаю, сколько прошло времени. Скорее всего, меньше суток,. Сверху донеслись звуки выстрелов. Группы захвата уже находились на позициях, когда Смирнан разбил серьги. Я не удержалась от горького смешка, осознав это. Федералы и не планировали собирать какую-то информацию, они и так выяснили всё, что хотели. Им нужен был лишь повод.
Я заползла в ванну и сжалась в комок, а сверху раздавались стрёкот автоматического оружия и редкие взрывы подствольных гранат. Скоро звуки боя стали стихать, но тут оглушительный взрыв сотряс весь дом, и с потолка посыпалась штукатурка. Несколько секунд спустя хлопнула дверь подвала. Я пыталась стать ещё меньше, услышав чьи-то неровные, отдающиеся эхом шаги.
Джошуа Смирнан нетвёрдой походкой вошёл в ванную комнату. По левой стороне его груди расплывалось кровавое пятно. Никак не показав, что заметил меня, он рывком распахнул аптечку и принялся рыться внутри. Тихо застонав, Смирнан оторвал от раны остатки рубашки и залил её дезинфицирующим раствором, наложил повязку и проглотил пригоршню аспирина. А потом открыл шкафчик под раковиной и принялся лихорадочно опустошать его, выкидывая банки с чистящими средствами и всякую мелочевку. Когда полки опустели, он нажал на фальшивое дно. Под ним показалась лестница, ведущая вниз, в тёмный, узкий лаз. Уже начав спускаться, он обернулся в мою сторону.
– Вылезай оттуда. Нам пора, – коротко бросил он.
– С чего бы это? – выдавила я из себя в ответ, превозмогая страх, гнев и отвращение.
– Потому что эти ублюдки не станут переживать о подвернувшейся под руку шлюхе-наркоманке, – спокойно ответил Смирнан. – Они не собирались оставлять тебя в живых, неважно, была ты их информатором или нет. Я же очень хочу, чтобы ты выжила.
Я могла бы поспорить, но прогремел очередной взрыв, и моё тело, кажется, приняло решение за меня. Я последовала за Смирнаном настолько быстро, насколько позволяли мои израненные руки. По мере того, как мы спускались, светлое пятно в вышине всё уменьшалось. Вскоре мы оказались в прорубленном в известняке тоннеле. Потолок поддерживали сваи из потемневшего от времени дерева, а единственным источником света служили пятна фосфоресцирующего лишайника на стенах. Смирнан велел мне отойти подальше от лестницы и достал из кармана брюк что-то, напоминающее пульт управления гаражными воротами, к которому были примотаны скотчем куски проволоки и какие-то детали. Он нажал кнопку, и наверху прогремел ещё один взрыв. Из люка посыпался дождь обломков, и вскоре выход полностью завалило.
– Это их ненадолго задержит, – сказал Смирнан, отбрасывая в сторону самодельный детонатор.
– Этот проход построили ещё до Гражданской Войны, – пояснил он, заметив, с каким интересом я оглядываюсь по сторонам. – Сын владельца плантации стал квакером. Унаследовав поместье, он проделал этот тоннель, чтобы выводить принадлежавших семье рабов. Он вёл к подземной железной дороге, по которой их тайно вывозили на север.
Смирнан повернулся и посмотрел мне прямо в глаза.
– Вот почему я выбрал это место. Это символ, символ свободы. Я пытался освободить тебя от греха и сделать достаточно сильной, чтобы ты смогла правильно использовать эту свободу. Все эти люди там, снаружи… Им наплевать на тебя, они просто хотели тебя использовать. Все эти годы я готовил тебя к чему-то большему. Не имеет значения, сколько раз ты оступалась, сколько ошибок совершала, я всегда в тебя верил. Но ты предпочла вернуться в мир греха, предпочла общество наркоманов и копрофилов. Ты предпочла жить в мире, которым управляют люди, верящие, что они – не больше, чем просто звери, и сама вела себя подобно им…
Я не могла больше выносить звуков этого спокойного, монотонного голоса. Охваченная яростью, я толкнула его – так сильно, как только могла. Ранение ослабило его, и он упал, не удержавшись на ногах. Я пинала его, пока не выдохлась окончательно – по голове, в промежность. Я топтала его грудь и живот, пока кровь не начала брызгать у него изо рта. Я кричала, что то, что он со мной делал, не имело ничего общего со свободой. Каким образом избиения, запирание в подвале или изнасилование могут даровать кому-то свободу?
– Знаешь, а он ведь мёртв, – прохрипел Смирнан, когда я, обессилев, упала рядом на колени. Даже теперь его окровавленное лицо оставалось полностью бесстрастным. – Твой муж.
– Он не мой муж и никогда им не был! – воскликнула я.
– Всё такая же непослушная, – Смирнан сплюнул кровь и осколки зубов. – Я думал, он сможет сделать для тебя больше, несмотря на все свои недостатки. Проблема в том, что в нём не было ни капли Божьего совершенства, но он мог привнести его в тебя.
Смирнан снова закашлялся, на этот раз сильнее. Капли его крови забрызгали мне лицо, я ощутила во рту металлический привкус.
– Но для тебя ещё не всё потеряно. Ты примешь на себя великую миссию, ты приведёшь больше людей к Богу, чем я мог мечтать. Ты станешь той, что покажет им истину.
– Какую ещё истину? – бросила я презрительно.
– Расскажи людям о том, что ты увидишь здесь, – прошептал он. Его лицо становилось всё бледнее, лужа крови вокруг начала растекаться быстрее. – Это моя последняя просьба. Ради меня…
По мере того, как слабел его голос, угасал и огонь в его глубоко посаженных глазах.
– На этом всё.
Так умер Джошуа Смирнан, единственный отец, которого я знала. Пусть я ненавидела его, пусть пыталась убить, я для порядка потрясла его за плечо. Безуспешно, разумеется. Оттолкнув труп окровавленными руками, я направилась дальше по тоннелю. И закричала, обессиленно упав на пол.
Тупик. Выход из пещеры завалило огромными, тяжёлыми камнями. Возможно, случился оползень, или какой-то из взрывов вызвал обрушение. Как бы то ни было, я оказалась в ловушке. Я пыталась расшатать камни, но безуспешно. Я била по ним ладонями, толкала плечом, пинала, пока, чувствуя боль во всём теле, не опустилась без сил наземь.
Только когда я снова ощутила себя в состоянии двигаться, сквозь боль и усталость до меня дошло, что самое странное в происходящем – то, чего я не чувствую. Ладони почти перестали болеть.
Я снова и снова оглядывала руки, сжимая и разжимая пальцы. Ладони покрывала засохшая кровь, они ныли от ударов о камни, но в остальном были в полном порядке. Я гадала, уж не почудились ли мне сломанные кости. Но я быстро выбросила это из головы. Надо было искать выход на поверхность.
Другой конец тоннеля, тот, который подорвал Смирнан, мне тоже не удалось раскопать. Мне оставалось надеяться, что ФБР или кто-то ещё найдут вход в подземелье и решат его раскопать. Оставалось только ждать.
Потянулись часы – а затем и дни в темноте. Чтобы выжить, мне пришлось обдирать со стен лишайники и мох. Единственным доносившимся до меня звуком был тихий свист ветра в крошечных щелях между камнями. Я пыталась кричать, пока окончательно не сорвала голос, но никто так и не пришёл.
А некоторое время спустя я стала замечать кое-что странное. В подвале по-прежнему пахло лишь сырой землёй. Это было невозможно, неправильно. Я слишком хорошо знала, как должно пахнуть мёртвое тело.
Вскоре после того, как я съехала от тёти, я съехалась с одним мальчиком, с которым познакомилась в школе. Мы оба были «странными» детьми. «Плохими» детьми. Знаете, из тех, что тусуются за спортзалом, покуривая дурь в обеденный перерыв, и слушают дьявольскую музыку. Его родители погибли в автокатастрофе, когда он был маленьким, и, по крайней мере официально, его опекуном считался дядя, который большую часть года колесил по стране со своей группой, игравшей каверы на AC/DC. Естественно, его дом стал излюбленным местом сборищ для нас, «странных детей». Мы нравились друг другу, и в какой-то момент я просто упала к нему в постель, чтобы отоспаться после пьянки, и больше не уходила.
Какое-то время всё шло отлично – пока он не подсел на героин. Точнее, пока не завязал с героином, самым необратимым образом.
Помню, как он лежал на кровати, запачканной бурыми пятнами. Широко раскрытые мутные глаза, блевотина, покрывающая мальчишеское лицо с лёгким пушком на подбородке. Мне было так больно, что какое-то время я могла только плакать в углу, раскачиваясь взад и вперёд. Моя ошибка. Скоро запах стал настолько ужасен, что я не могла больше оставаться рядом, как бы ни хотела.
До конца своих дней я не забуду этот запах. Но его отсутствие сейчас было гораздо ужаснее. В первую очередь оттого, что это означало.
Я осмотрела тело Смирнана. Если не считать бледности и огнестрельной раны в груди, оно выглядело совершенно обыкновенно. Кровоподтёки и синяки, оставшиеся после моих ударов, полностью исчезли. Не осталось ни пятен мочи, ни экскрементов.
Говорят, что тела святых и тех, кто угоден Богу, не разлагаются. Они выглядят точно так же, как в момент смерти – дни, недели, даже годы спустя после смерти. Их называют нетленными.
Вот что он имел в виду. Я должна была показать миру его нетленное тело. Показать, что этот безумный, извращённый человек, этот насильник, оказался прав. Что Бог смотрит на нас и судит наши поступки. Что он оправдывает и даже поощряет пытки и насилие.
Мне стало дурно. Я почувствовала себя маленькой, испуганной девочкой, совсем как тогда, давным-давно, когда впервые услышала проповедь Смирнана. Безнадёжность. Какая разница, в Рай ты попадёшь или в Ад, если Рай – это вечность рядом с архитектором всех твоих страданий?
В своих проповедях Смирнан вещал, что мы должны довериться Богу. Что у Него есть план, в котором отведено место каждому из нас, что мы приближаемся к Нему, страдая и испытывая отчаяние. Я была почти готова сдаться, воля к борьбе почти покинула меня. Но потом я услышала отдалённый звук – рокот машин. Скоро меня должны откопать.
Я подумала о том, как другие люди воспримут то, что я увидела. Я подумала о том, какое отчаяние испытают другие девочки вроде меня и о том, как будут счастливы такие люди, как Смирнан и Мэтью, узнав, что Господь Бог на их стороне. И я знала, что, что бы ни довелось пережить мне самой, я не хочу, чтобы это испытал кто-то ещё.
К чёрту вечность. К чёрту Бога. Если эта жизнь – всего лишь шанс для нас ощутить свободу, свободу от Его присутствия и Его осуждающего взора, пусть даже эта свобода – не более, чем иллюзия, мы должны наслаждаться каждой её секундой. Даже если я никогда более не познаю этой свободы, я буду, по крайней мере, уверена в том, что ею смогут насладиться другие. Я не позволю никому увидеть тело Смирнана.
И не дожидаясь, пока машины пробьют дорогу сквозь завалы камней, я приступила к своему величайшему акту непослушания, к своему последнему причастию.
«Сие есть тело Мое, за вас отдаваемое…»*
___
*Евангелие от Луки, 22:19.
Далее ваша скорость увеличивается на 10 футов до начала второго хода боя, и вы получаете следующую особую Реакцию:
𝙆𝙣𝙤𝙘𝙠𝙤𝙪𝙩 𝙋𝙖𝙧𝙧𝙮.
В первый раз, когда вас атакуют до начала вашего второго хода каждого боя, вы можете использовать свою Реакцию, чтобы немедленно нанести ответный удар оружием. Если общее число броска атаки равно или меньше, чем у атакующего, его атака попадает в вас, а ваша — нет; если у вас выше, враг промахивается, а вы попадаете. Цель должна преуспеть в спасброске Телосложения со Сл 15, иначе она будет оглушена до конца вашего следующего хода.
От автора the-griffons-saddlebag
Делать что-то новое страшно. Добавьте незнакомцев, персонажей и странные игральные кости, и уровень стресса повысится. Чтобы было больше уверенности в первых нескольких играх в качестве игрока, вот несколько конкретных вещей, которые вы можете сделать.
Следование этим советам поможет вам и всей игровой группе получить больше удовольствия от следующей сессии.
Заранее выяснив правила игры, вы избежите неудобства и задержек в игре, а также придадите уверенности, чтобы вы могли больше наслаждаться игровым процессом и не беспокоиться. Это также произведет впечатление на вашего мастера игры (GM), ха-ха.
Сначала выясните, в какую игровую систему вы играете, а также ее издание или версию, если таковые имеются. Затем узнайте, доступны ли правила в Интернете. Многие игровые компании бесплатно публикуют свои правила, чтобы побудить людей больше играть в их игры.
Я также призываю вас поддержать наше замечательное хобби, покупая книги правил, если это соответствует вашему бюджету и уровню интереса.
Теперь, вооружившись правилами, изучите своего персонажа. Это ваша основная задача на данный момент. Узнайте, на что способен ваш персонаж. Например, если ваш игровой персонаж (ПК) может произносить заклинания, прочтите описания заклинаний. Если у него есть оружие, ознакомьтесь с описаниями оружия.
Во время игры вам будет предложено принять решение о том, какие действия будет предпринимать ваш персонаж. Эти действия часто регулируются и посредством правил. Таким образом, чем лучше вы знаете вашего персонажа, тем лучше вы сможете обдумывать игру за него и с большей уверенностью решать, какие действия вы хотите предпринять.
Вы будете регулярно сталкиваться с правилами, игровыми стандартами и групповыми особенностями, которые вам не хочется забыть. Или вы будете сталкиваться с этими вещами время от времени, и вам понадобится ссылка, потому что вы забыли.
Создайте для себя Источник Истины и делайте все необходимые записи. Возможно, документ, Notion, стикеры или ручка и бумага. Когда все будет в одном месте, будет гораздо проще найти нужные вещи.
Вещи, по которым вы можете создать шпаргалки и заметки:
Настольные ролевые игры (TTRPG) — это командная игра. Если один из товарищей по команде не участвует в полной мере, это мешает всем. В играх вы можете управлять только собой и своим персонажем. ГМ заботится о мире, а другие игроки заботятся о своих персонажах. И каждый человек несет ответственность за себя.
Это значительно облегчит вам концентрацию и вовлечение. Итак, вы будете проходить через регулярные периоды бездействия (ожидая хода своего персонажа или в перерывах между сессиями-встречами).
ГМ должен слышать игроков, поэтому, когда не ваша очередь, принято молчать и смотреть, как разворачивается игра. Тогда могут закрасться скука и разочарование из-за отсутствия активности.
Хорошая новость в том, что все это решаемо. Итак, вот несколько идей о том, что вы можете сделать, чтобы оставаться вовлеченным даже в периоды неизбежного ожидания:
По мере того, как вы приобретаете больше опыта в качестве игрока, вы можете сделать еще больше вещей, чтобы каждая игровая сессия была успешной. Однако приведенный выше список — отличное начало!
Это немного нечетко, поэтому прошу прощения. У каждого игрока свои взгляды на мир, опыт и манеры. И каждая игровая группа разрабатывает свой собственный контакт в ходе игрового процесса.
Поэтому ваши ожидания могут быть разными и неудовлетворенными. Другие игроки могут вас расстроить. ДМ может вас разозлить. Все это часть обычного процесса формирования группы. Если вы умеете подчиняться ветру, воздерживаться от личных суждений и приложить усилия, чтобы узнать своих товарищей по игре - со временем все наладится.
Сообщайте своему ДMу между играми, если у вас возникли проблемы с каким-либо аспектом игры. Они хотят помочь вам весело провести время. И они хотят получать удовольствие сами, избегая конфликтов и зная, что их игроки получают удовольствие. Открытое общение помогает веселиться!
В игре вы часто будете терпеть неудачи. Кости могут предать вас в самый неподходящий момент. Коллеги по игре могут принять неразумные решения. Вы можете принять неразумные решения.
Вы получите меньше удовольствия от игры, если будете сдерживаться, избегать рисков и относиться к своему персонажу как к тонкому фарфору. Вместо этого, как говорится, ведите своего персонажа, как угнанную машину. Раздвиньте пределы возможностей вашего персонажа. Идите на творческий риск.
НО! Как уже упоминалось, это командная игра - поэтому избегайте действий, которые приведут к тому, что другие игроки потерпят неудачу или не получат удовольствия. Если у вас есть сомнения, не стесняйтесь объявить о своих намерениях и узнать у других игроков, нет ли в этом проблем.
В любом случае, всякий раз, когда ваш персонаж терпит неудачу, поймите:
Я видел ужасные результаты игрового процесса, когда игроки боялись, что их персонажи потерпят неудачу. Например, некоторые игроки забрасывают ДMа вопросом за вопросом, пытаясь контролировать каждую ситуацию на микроуровне, чтобы уменьшить риск неудачи. Это просто замедляет игру и ставит ДMа в тупик из-за сложных деталей, которые не имеют значения.
Игра затягивается, когда вы удивляетесь каждый раз, когда приходит ваша очередь что-то делать. Если вы сможете потратить несколько минут на размышления о том, каким будет следующее действие вашего персонажа, прежде чем наступит ваш ход, это будет огромной помощью всем!
Обратите внимание, что у вас часто будут возникать вопросы или вам понадобится дополнительная информация, которая поможет вам принять решение о дальнейших действиях. Это 100% ок. Попробуйте спокойно задать вопрос другому игроку, а затем подготовьте оставшиеся вопросы к моменту, когда ДM объявит вашу очередь.
Эта мерцающая серебряная броня, кажется, сопротивляется даже падающим на нее теням. Нося ее, вы получаете сопротивление некротическому и силовому урону. Пока вы носите доспехи, они создают над вашей головой слабый ореол, излучающий яркий свет в радиусе 5 футов и тусклый свет в радиусе еще 5 футов. Свет — солнечный.
Вы можете Бонусным действием переместить нимб на голову другого желающего существа в пределах 60 футов от себя. Ореол остается до тех пор, пока он не переместится более чем на 120 футов от вас или пока вы не примените другое Бонусное действие, чтобы вернуть его к своей голове.
Пока нимб находится над головой существа, оно получает следующие преимущества:
• Он получает бонус +1 к КБ.
• Любой демон или нежить в пределах света нимба совершает броски атаки против существа с Помехой.
𝘼𝙣𝙜𝙚𝙡𝙞𝙘 𝘼𝙫𝙖𝙩𝙖𝙧.
Нося доспехи, вы можете действием превратиться в огромного металлического ангела на 1 минуту. Ваш размер становится Большим, и при этом вы получаете эффект заклинания «увеличить/уменьшить» (концентрация не требуется).
У вас также вырастает пара металлических крыльев, обеспечивающих скорость полета 30 футов. В течение этого времени ваши атаки оружием ближнего боя наносят бонусный урон излучением 1d4 в дополнение к урону от «увеличения/уменьшения», а также вы можете бросить d4 и добавить его к сумме любого спасброска, который вы совершаете.
Эффект заканчивается раньше, если ваши хиты опускаются до 0 или если вы используете Бонусное действие, чтобы закончить его раньше. После того, как это свойство брони будет использовано, его нельзя будет использовать снова до следующего рассвета.
От автора the-griffons-saddlebag
Это первая часть серии о том, как сделать случайные (и не только) встречи веселыми.
Что делает встречи за вашим столом незабываемыми?
Что касается меня, я рассматриваю две аудитории: игроков и ДM. Давайте сначала поговорим об игроках.
У наших друзей есть много причин страдать из-за наших злодеев, ловушек и плохих каламбуров. И они продолжают возвращаться за новыми, значит, вы что-то делаете правильно!
Но когда я планирую развлечься, я смотрю на три основные вещи:
Когда мы даём игрокам интересные варианты, они вовлекаются. Им есть чем поразвлечься, разыграть роли и против чего объединиться. Будь то обход новой ловушки, которую они никогда раньше не видели, убеждение местного кузнеца заключить с ними сделку или решение, остаться охранять графство или вступить в бой с драконом, такой выбор пойдет на пользу игроку. Веселье в меру.
Кроме того, мы должны стремиться предлагать как можно больше интересных вариантов. Сколько интересных вариантов обычно предлагают ГМ? Может быть, один или два действительно хитрых человека за каждую сессию? Как игроку мне обычно предлагают левый или правый, открытый рынок или крючок. Хорошая вещь, но не супер оригинальная и увлекательная.
Но что, если мы расширим наш выбор?
Вместо пары вариантов молочных тостов, добавляемых в игру в каждой сессии, мы вместо этого накапливаем дьявольские точки принятия решения в каждой встрече или даже несколько раз за встречу?
Это подводит нас к идее заработанных наград. Если бы награды были бесплатными, мы бы их не ценили. Без испытаний и борьбы мы не меняемся, и то, что происходит на нашем пути, кажется незаслуженным. Некоторые могут даже сказать, что миссии, умные противники и сложные испытания навыков — ЭТО развлечение.
Но как бы то ни было, сундук с золотыми монетами и магическими предметами на вкус намного слаще, когда персонажам (и игрокам) приходится ради этого попотеть.
Когда мы задействуем мышление, командную работу, усилия и готовность идти на риск, чтобы заработать очки опыта, добычу и развитие сюжета, игроки скажут вам, что они получили самое большое удовольствие за игровым столом в своей жизни.
И накопление интересных вариантов на каждой сессии — верный путь к этому.
Обратите внимание, что я не говорю об одновременном выкладывании на стол нескольких вариантов выбора. Хотя иногда это представляет собой интересную задачу, обычно это просто приводит к параличу анализа. Это также разрушает партийные дебаты, поскольку, вероятно, каждый игрок будет выступать за свой выбор, что затрудняет достижение консенсуса.
Вместо этого ДM может превратить даже двусторонний выбор, такой как налево иди или направо, в потрясающий игровой процесс, в котором последующие награды будут казаться заработанными, а не просто полученными.
Дамы и господа, пожалуйте сюда! Цирк приехал! Генерал Тряпичные Кости вот-вот поднимет занавес! Танцующая Медведица Бруинхильда, Уберлошадь Полли и даже мистер Хампердинк рады исполнить для вас свои номера! А в финале, если повезёт, вы увидите краешком глаза самого Неизвестного!
Автор: Gavin Pitts. Мой перевод, вычитка: Sanyendis.
Мне никогда не забыть первый день в Звёздном Цирке Братьев Кингстон. Поверьте, я бы и рада, но воспоминания остаются такими яркими, словно всё это случилось вчера. Так-то память у меня не слишком хорошая. Да что говорить, я вообще не слишком-то умна и отлично это понимаю. Поэтому я и не могу вспомнить всё, о чём меня спрашивали на допросах в Денвере. Но преследующие меня кошмары не дают подробностям того дня изгладиться из памяти.
Большинство людей, представляя себе бегство с цирковой труппой, видят волнующую возможность насладиться тошнотворным запахом лежалого попкорна и встретить новый год в парочке новых клоунских туфлей. Я соврала бы, сказав, что ни капельки не волновалась, но почти всё перечёркивал страх перед Неизвестным. Так называл свой номер Распорядитель – тонкий, как оса, придурок с губами цвета свежей печени и лицом, размалёванным чем-то, напоминавшим свиной жир, щеголявший в матросском костюмчике и парике из старого ковролина, и просивший называть его не иначе, как Генерал Тряпичные Кости.
- Дааааааааамы и гоооооооооооспода! – кричал он в дорожный конус, который должен был изображать мегафон. – Прееееедставляю вам… Неизвестного!
Затем он оглушительно пукал, исполнял национальный гимн (в этом месяце он предпочитал гимн Уганды), откидывал длинным жёлтым когтем брезент, и представление начиналось. Зрители тоже обожали Неизвестного. Это сразу было понятно по звукам, которые они издавали, когда пытались освободиться от верёвок. Иногда на сиденьях оставались лужицы лимонада. Но Генерал Тряпичные Кости разрешал допивать его только Толстой Даме. Мне она никогда не нравилась.
Я знала, что, хотя почти все присутствовавшие в тот день обрадуются, увидев друг друга живыми (летняя засуха весьма затянулась), осознать, что после эпидемии и нашествия саранчи циркачам пришлось сожрать почти всех своих животных, чтобы выжить, будет довольно странно. Но Генерал Тряпичные Кости всё равно отказался закрывать зверинец. «Цирк без животных – что труп без поцелуя!» - заявил он, дуя на Живого Зомби Джайлза, который жадно поедал битое стекло из ведра со шваброй (в его номере этого не было, просто он уже несколько лет пытался покончить с собой).
Так что Генерал Тряпичные Кости заставил разнорабочих и почти всех работников концессионного киоска нарядиться в костюмы тех животных, которых они съели. «Грешник крутится – денежка мутится!» - подмигивал он нам, но его третий глаз при этом оставался серьёзен. Например, Конни, продававшая билеты, должна была нарядиться Оран-гутаном. Она долго ворчала, когда Генерал заставил её покрасить волосы: «Виданое ли дело, зелёный Оран-гутан!»
Я хотела нарядиться ленточным червём, но Толстая Дама сказала, что у неё их уже четыре. Чёртовы бабы.
Из настоящих животных у нас оставались только Уберлошадь Полли (она спаслась, я думаю, благодаря дополнительным конечностям и способности к регенерации), и мистер Хампердинк, вечно пьяный тюлень, который бил по клавишам ксилофона. Мистер Хампердинк остался без двух с половиной ласт, когда Генерал Тряпичные Кости застал его ночью за выстукиванием сигнала «S.O.S.» азбукой Морзе, так что с тех пор он, в основном, играет Либераче. Я слышала, после событий того рокового дня он стал стенографистом и женился на какой-то блондинке из реалити-шоу. Ну, удачи ему.
…И ещё, конечно, Неизвестный. Никто не осмеливался даже попытаться к нему притронуться. Разве что Волшебные Можжевеловые Пятерняшки как-то так проголодались – видимо, это из-за того, что у них один желудок на всех – что всё же откусили от него по кусочку, хоть и знали, насколько ядовитым он может быть в это время года. Теперь, когда они стали Двойняшками, на их номер почти никто не ходит. Но, как бы то ни было, я отнеслась к цирку как к первому дню в новой школе. Разве что было не так страшно. Впрочем, клоуны могут позаботиться об этом позже, ночью.
Клоуны всегда так делают.
Но хуже всего, что я всего пару недель как переехала в город, а все мои друзья остались лежать где-то там, растерзанные на кусочки. Парень, который готовил попкорн (а теперь стал Бруинхильдой, Эффектной Танцующей Медведицей Таинственного Цыганского Народа), сказал, что мне крупно повезло. Что, дескать, обычно Генерал Тряпичные Кости позволяет гиенам съесть всех людей в городах, которые они посещают, а потом сжигает тела, гадит на пепел и посыпает землю солью. Майк и Брэд, которые стали теперь нашими гиенами, это подтвердили. Они до сих пор жаловались на боли в животе. Спросили бы меня, я бы сразу сказала, что мой отчим был тем ещё упрямым ублюдком. Как он им только в глотки пролез. Они сказали, что Генерал почему-то меня пощадил. Я ответила, что у меня уже есть парень. Бруинхильда только посмеялся над этим и ответил, что раз уж он в прошлом году не стал заводить шашни с этой шлюхой Риз Уизерспун и её Польским Слоном, то уж точно не станет подкатывать ко мне. Что я всего лишь ещё одна милашка со сладким ротиком и большим членом. Сверкающая Сучка. Тогда я сказала, что вижу молнию на его медвежьем костюме, и его лицо побелело, как мел. Генерал ненавидит молнии, любые молнии. Даже клоуны осмеливаются застёгивать свои спальные мешки только на пуговицы. Ну, не то, чтобы они вообще когда-нибудь спали. Не ночью, по крайней мере.
Само собой, поездка на Биг Топ в тот день была исполнена полузабытого оптимизма, тоски по дому и депрессии. Ну, и ещё не стоит забывать о тепловом ударе. За неделю до этого мы продали крытую повозку, чтобы купить новый автомат для приготовления сахарной ваты, ведь несколько детей умерло, наевшись покрашенных в голубой и розовый цвета бумажных полотенец, которые мы им продавали. Но, помнится, я твёрдо решила не падать духом и уверяла себя, что всё, что ни делается, всё к лучшему. А если нет… что ж, мой член по-прежнему со мной. К чёрту Бруинхильду и одноколёсный велосипед, на котором он приехал.
Впервые заходя в палатку, я очень нервничала и подумывала даже развернуться и убежать. Позже я вспоминала лающий смех, звучавший почти так же оглушительно громко, как автоматные очереди, а стреляные гильзы падали на огромные разноцветные клоунские башмаки. Дом – это место, в котором ты можешь притвориться, что это дом.
Понадобилось недюжинное усилие, но я сумела убедить себя, что всё будет хорошо, а мои тревоги – это я сама себя накручиваю. Правда, Мадам Сусатка сказала, что это не так, и она предвидит резкие перемены (и высокого тёмного незнакомца), но, с другой стороны, все знали, что она пила полироль для мебели, чтобы её перестало, наконец, трясти, да и её хрустальный шар – фальшивка. Он пробит насквозь и весь в следах от полировальной машинки.
Нет, больше всего я боялась, что меня изобьют за обедом или даже изобьют ЗА мой обед. Настроение у всех было всё ещё так себе: сами понимаете, недавняя засуха и всё такое. Уберлошадь Полли по-прежнему спала не больше часа в сутки и начинала испуганно скулить, когда Повар приближался к ней с большим половником и котелком «специальной лошадиной бурды» в руках. Сложно её за это упрекать. Его лазанью, в лучшем случае, едва можно есть. И всё же, быть заколотой среди бела дня, на глазах у зрителей? Такого тут (по крайней мере, при мне) ещё не бывало.
Вскоре я подошла к своему новенькому трейлеру, раздвинула шуршащие липкие ленты (ни одной мухи! – я снова подозрительно покосилась на Толстую Даму) и попыталась сосредоточиться на позитивных мыслях. Прежде чем войти в самый большой шатёр, я остановилась на секунду и ещё раз сказала себе, что у меня появится куча новых друзей, которым не придётся наряжаться в костюмы сороконожек, жонглирующих огненными факелами, или фруктовых летучих мышей, играющих на скрипке, и что новые номера будут замечательными. Потом я подняла голову (понятия не имею, чья это была голова, и зачем клоуны оставили её валяться тут, у меня на виду, но я уж точно не собиралась спускаться в их трейлер и расспрашивать об этом, даже сейчас, хотя солнце висело ещё высоко, а на груди у меня покачивалось маленькое распятие) и вошла в первый из новых шатров.
Но понадобилась всего пара секунд, чтобы мои худшие опасения подтвердились, ведь стоило мне войти, как все сидящие начали показывать на меня пальцами, пытаясь освободиться, и смеяться, будто я была каким-то инопланетянином. Это, разумеется, было не так (такую шумиху устроили как-то для Морбо, Чудесного Человека-Монстра с Марса, и он пролежал целую неделю в своём трейлере с чем-то вроде оспы; наверное, он подхватил её от одеяла, которое ему выдали правительственные агенты в Неваде); думаю, они не посмели бы смеяться надо мной, если бы я была клоуном.
Наверное, всё спланировали заранее, потому что такую лавину смеха я слышала только раз в жизни, на вечеринке-сюрпризе, которую мы как-то устроили для моего дедули (к сожалению, она почти сразу превратилась в поминки). Тем не менее, я решительно двинулась вперёд. И тут я заметила текущие по их лицам слезы, разглядела ухмылки, искажавшие их бледные губы, и всё поняла – ещё до того, как почувствовала прикосновение длинных тонких когтей к своему плечу и ощутила, как горячие капли слюны Генерала брызжут мне на затылок, когда он проревел в свой дорожный конус:
- Цианид, Хосс! – рычал он. – Вызывает мышечные конвульсии такой силы, что ломаются кости! Глянь-ка на ту крошку с косичками… кажется, она показывает своими локтями на Сириус! Или на Бетельгейзе? Днём сложно понять.
Он потёр третий глаз, сердито алевший под покрытым жиром, матовым от грязи ковролиновым париком, а потом снова усмехнулся.
- Клоуны подмешали его в тесто для корн-догов. Сначала я хотел им запретить, но потом подумал – какого чёрта? Эти малыши так давно не веселились, пусть развеются, пока им не пришло в голову поиграть с тобой. Чёртовы жирные уроды. Я держу их только из-за этого их Клоунского Автомобиля. Забавная штука, Хосс. Двадцать восемь клоунов в одной узкой, как гвоздь, машине. Чёрт побери, понятия не имею, как они все туда помещаются.
Я сохранила самообладание, даже когда здоровенный рыжий детина сумел сорвать с себя верёвки и, сделав пару шагов, рухнул навзничь, выблевав на опилки груду чёрных кишок. Уберлошадь Полли тихонько поскуливала, её глаза за стёклами очков казались совершенно безумными. Но тут ко мне подбежал ещё один паренёк лет девятнадцати – двадцати. Диковато оглядываясь, видимо, в поисках выхода (или, по крайней мере, знака «Осторожно, скользкий пол»), он вырвал дорожный конус из рук Генерала, а потом вытащил из него несколько ярких шёлковых платков, а следом – белого кролика, который щёлкнул пальцами и превратился в пять хохлатых голубей. Голуби, распушив хвосты, в замешательстве закружились вокруг головы паренька, пока сам он театрально раскланивался перед неулыбчивым Распорядителем, и с его лица стекали паника, отчаяние и капли рвоты.
- Извини, Хосс, - проворчал Генерал Тряпичные Кости. – Эй, ты, прослушивания по пятницам! К тому же, мы давно отказались от этого копперфильдовского дерьма. В наше время людям подавай настоящие зрелища, и чтобы обязательно раздавали кусочки жареного теста и фигурки из воздушных шариков. Но, уверен, на кухне тебе найдут применение.
Под слоем свиного жира его лицо расплылось в широкой улыбке:
- О да, там тебя примут С РАСПРОСТЁРТЫМИ ОБЪЯТЬЯМИ.
Откуда ни возьмись появились трое смотрителей и потащили парня в палатку Повара, а он всю дорогу кричал, вырывался и вытаскивал из карманов кроликов, голубей, воздушные шарики и нити серпантина. Один из смотрителей отобрал дорожный конус, в который мальчик вцепился мёртвой хваткой, и швырнул его мне. Я хотела было положить его в карман брюк, но Генерал вырвал его у меня из рук, чиркнул по нему когтем и широко распахнул в улыбке рот: из раструба полилось что-то, напоминавшее с виду виски. Потягивая жидкость, он принялся свободной рукой рыться в рюкзаке паренька. Кое-что Генерал рассовал по карманам (коробку ребристых презервативов, губную гармошку, колоду игральных карт с порнографическими картинками, на которых лентами Мёбиуса сплетались в плотских утехах мои и Бруинхильды тела, золотую рыбку в пластиковом пакете с водой и крупнокалиберный револьвер с серебряными пулями), а остальное выбросил в мусорное ведро. Прикончив виски, он бросил золотую рыбку мистеру Хампердинку (тюлень отсалютовал в знак признательности и начал наигрывать на ксилофоне «Авантюриста»), а пистолет швырнул в стену, разбив его (а заодно и мои чувства) вдребезги.
- Глупенький мальчик, - усмехнулся он. – Нельзя убить того, кто не прожил ни дня.
Он покосился на меня.
- На сегодня шоу окончено, Хосс, - он ткнул когтем-лезвием в сторону зрителей, те как раз закончили блевать кровью и внутренностями и перестали дёргаться. Почти все. – Приберись на трибунах. И замени опилки, кишкам не место на сцене. Они будут отвлекать львов.
Я не могла поверить – этот тупоголовый болван позволяет себе так со мной обращаться, а ведь я ничего такого не сделала! А львам вообще наплевать на кровь, на этой неделе в костюмах львов Дорис и Беттина, а они веганы, все прекрасно это знают.
Я пыталась держать себя в руках, но меня начала охватывать паника, я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Генерал смотрел, как горячие капли прожигают дорожки на моих щеках, и облизывал свои печёночные губы языком длиной с ножку стула, его цвет напоминал выглядывающий из вскрытой черепной коробки мозг. Я сорвалась с места и бросилась прочь.
Я понятия не имела, что где находится, так что просто мчалась вперёд, а по сторонам мелькали стены из пёстрой холщовой ткани. Артисты репетировали номера: глотатели слов поедали свои словари (мы пытались объяснить им, что они должны глотать МЕЧИ, но ребята оказались глухими, да к тому же страдали дислексией) [прим.: игра слов, word – слово, sword – меч]; Рэндалл Великолепный и его труппа блох (Рэндалл, бледный от кровопотери, звал меня на помощь, скрючившись в углу, а его крошечные подопечные, раздувшиеся до размеров спелого винограда, облепили ему руки и грудь, но он так и не отдал мне те двадцать баксов, так что пошёл он) и шимпанзе Типпи. Но, похоже, больше никто не обращал на меня внимания, и я продолжала бежать, пока не оказалась перед огромной чёрной палаткой с надписью «Неизвестный», криво висевшей над грубо нарисованной позолоченной звездой с пристально глядящим глазом в центре, кровоточащим почти так же сильно, как глаз Генерала.
Я ворвалась внутрь. Крохотный смотритель Неизвестного продолжал болтать по телефону, пока я пыталась рассказать ему о случившемся, но я пребывала в такой истерике, что он не мог разобрать ни слова. Он сказал собеседнику, что перезвонит, и положил трубку, а потом посмотрел на обтрёпанный конец телефонного шнура, который сам в гневе вырвал из стены несколько месяцев назад, и проворчал: «Чёрт, надо бы кого-нибудь позвать, чтобы его починили».
Смотритель подал мне стакан воды и сказал, что всё будет хорошо. Он пытался меня успокоить и просил дышать глубже. Когда выяснилось, что это не помогает, он предложил мне подышать в пакет. Кажется, стало немного лучше, хотя пластик прилип ко рту и носу, я почувствовала неприятный жар, а потом головокружение. Перед тем, как потерять сознание, я успела услышать, как он крикнул тоненьким голоском:
- Сейчас тебя увидит Неизвестный!
Я очнулась в клетке, казавшейся бесконечно большой. На присыпанном опилками полу лежала колючая соломенная сечка, рекламные проспекты нашего цирка двухсотлетней давности и маленькие обглоданные кости, явно детские. Неизвестный висел под потолком клетки, и единственным источником света было его огромное, напоминающее бурдюк с дерьмом, тело – серая фосфоресценция, наводящая на мысли о тошноте. На теле Неизвестного набухали и лопались гнойные мешки, из которых высыпался попкорн со вкусом масла, который его сопровождающие, изящные японские гейши, одетые в одну лишь блестящую прозрачную плёнку, с застывшим на лице выражением умиления, собирали в оловянные кастрюли, чтобы отнести потом в концессионный киоск.
Неизвестный обратил на меня ряды своих крошечных желеобразных глаз и, отцепив верхнюю половину тела от потолка, спустился ниже.
Я жаловалась ему, какие подлые эти циркачи, и постепенно мне становилось легче. Минут через десять поток слёз и соплей начал утихать, и Неизвестный сумел уговорить меня перестать плакать, предложив попить из одного из своих сосков. В последний раз, напившись из его вымени, я очнулась голой и связанной в крохотной клетке, а Генерал сообщил, что теперь я единственный известный в мире рождённый в неволе носитель удивительного Анакондового Яйцевого Червя, так что я отказалась от предложения и поняла, что, кажется, слегка перегнула палку. Неизвестный протянул мне большой кусок ткани (покрытый прозрачным маслом, с цветочной ирэдзуми), и я вытерла слёзы, решив, что, пожалуй, зря так разревелась. К сожалению, не зря. Едва я вытерла последнюю слезинку, как Неизвестный начал сладко петь десятком своих ртов. Я повернулась и попыталась броситься бежать, но он схватил меня за ногу, и я закричала, чувствуя, как его яйцеклад впивается в мою плоть и накачивает меня чёрным ядом. Вокруг распространился сильный ванильный запах циркового арахиса. Нос, а затем и ноги, начали опухать.
Из-за одной из огромных мясистых складок тела Неизвестного показался Генерал Тряпичные Кости, на его болезненно худом лице появилась гримаса. За его спиной собрались почти все мои товарищи. Некоторые из них поедали Неизвестного, или он сам поедал их плоть. Бруинхильда робко помахал мне, и помахав в ответ, я заметила, что моя рука стала мертвенно-белой. Со смешанным чувством восторга и ужаса я дотянулась до распухшего носа и, зажмурившись, сжала пальцы. Раздался гудок.
Улыбка Генерала Тряпичные Кости становилась всё шире и шире, пока уголки рта не сошлись на затылке. Я снова начала тихо поскуливать, когда он протянул мне радужный парик и пару неуклюжих ботинок, сказав, что я стану лучшим клоуном в его цирке.
Возможно, кто-то уже читал этот перевод; сейчас, после технического сбоя, часть рассказов, возможно, задвоится. К счастью, "у меня всё записано", тексты сохранились, пометки, что опубликовано на Вомбате, а что - ещё нет, я обновил. @Vombatolog, если от вас хотят избавиться - значит, правильной дорогой идёте. Ну а мы постараемся дать наполнение сайту.
Как всегда, напоминаю: наш канал с переводами. Заглядывайте, нам будет приятно.
Странный мир - да и мир ли вообще? - где вокруг героя высятся ряды коробок, ведущих в иные Вселенные, а конструкция из ржавого железа и прогнивших деревяшек без устали поёт одну и ту же весёлую песенку...
Благодаря этому рассказу, кстати, я узнал об Израэле Камакавивооле (Israel Kamakawiwoʻole) и изрядно пополнил плейлист. А ещё, думаю, теперь понятно, почему серия называется "The Boxes".
Автор: Sam Miller. Мой перевод, вычитка: Sanyendis.
Где-то…
За радугой…
Высоко-высоко…
Есть земля, о которой я когда-то слышал…
Однажды, в колыбельной…
Странная конструкция из ржавого железа и гнилых деревяшек поёт слабым хриплым голосом. Я растерянно оглядываюсь по сторонам, недоумевая, где я и как сюда попал. Меня окружают бесконечные ряды ящиков и коробок, уходящие во все стороны. Я сажусь на холодный бетонный пол и пытаюсь вспомнить, как я здесь оказался, а странная статуя продолжает свою песню:
Где-то…
За радугой…
Где голубое небо…
И сбываются мечты…
О которых ты когда-то смел мечтать…
Я не могу вспомнить, как очутился здесь! Я встаю и иду по одному из проходов между бесчисленными коробками – и чтобы разобраться, где же я очутился, и чтобы уйти подальше от этого странного сооружения. Проходит несколько минут… или несколько часов? Дней? Или… постойте, всего пара секунд? Я… Я не могу понять, сколько прошло времени! Почему… Как бы то ни было, через некоторое время я почувствовал усталость и решил остановиться, чтобы осмотреть один из ящиков. Издалека донеслось:
Когда-нибудь…
Я загадаю желание…
Глядя на падающую звезду…
И проснусь…
Где-то далеко внизу…
Плывут облака…
Где проблемы тают, как лимонные леденцы…
Высоко-высоко…
Выше дымовых труб…
Там ты найдёшь меня…
Я опускаюсь на корточки рядом с одним из очень больших ящиков. Его стенки – из потемневшего от времени дерева, они покрыты искусной резьбой, изображающей людей и улыбающиеся лица. Позади людей виднеются грубые наброски домов, из труб поднимаются клубящиеся столбы дыма всех цветов радуги. На одной из перекладин в верхней части ящика что-то написано, но поверх надписи намалёваны какие-то каракули. Краска кажется совсем свежей; на ней видны отпечатки пальцев, но какие-то странные: вместо привычного рисунка на них просто множество концентрических кругов. Услышав слабый шорох, я прикладываю ухо к боковой стенке; изнутри доносятся чьи-то возгласы и смех, настолько тихие, что их можно перепутать с шумом ветра. Внезапно все звуки обрываются, и чей-то голос говорит очень сердитым тоном:
‑ Там кто-то есть? Почему бы тебе не зайти и не поиграть с нами?
Я отпрыгиваю от коробки и отползаю в сторону, а из коробки всё доносятся крики:
‑ ПОЧЕМУ ТЫ УХОДИШЬ? У НАС ТУТ ЕСТЬ УГОЩЕНИЯ, ИГРЫ И РАЗВЛЕЧЕНИЯ ДЛЯ ВСЕЙ СЕМЬИ!
Статуя вдалеке продолжает напевать:
Где-то…
За радугой…
Летят синие птицы…
Птицы летят…
По радуге…
О, почему…
Почему я не могу улететь вслед за ними…
Убегая от этой злой коробки, я слышу откуда-то сверху чириканье и птичье пение. Кажется, но ведь, кажется, стропил раньше не было? Или я просто не замечал их? Когда же они появились? Я поднимаю голову: там, наверху, сидит очень, очень жирная голубая жаба. Из её широкой слизистой пасти доносится удивительно мелодичное птичье пение. Я слушаю её несколько минут, и тут земноводное замечает моё присутствие. Существо запускает в пасть переднюю лапу и выворачивает себя наизнанку, превращаясь в лишённую кожи окровавленную птицу. Та откашливает несколько перьев, издаёт очень громкое кваканье, спрыгивает вниз и очень неловко и медленно летит к одной из коробок. Квакнув ещё раз напоследок, отвратительная птица взмахивает крыльями, откидывает крышку и запрыгивает внутрь. Я подбегаю к коробке, но она захлопывается раньше, чем я успеваю понять, что в ней. Издалека доносится песня статуи:
Если…
Синие птицы счастья…
Летят вслед за радугой…
Почему…
О, почему я не могу лететь вслед за ними…
С тихим щелчком статуя замолкает. Я внимательно осматриваю коробку, в которой скрылась птица-лягушка. Её картонные стенки пропитаны какой-то чёрной жидкостью, от неё пахнет солью и углем. Рисунков нет, только одинокая красная стрелка, направленная в землю, а на ней – надпись на неизвестном языке. Я прикладываю к коробке ухо, но слышу только звуки работающих механизмов, словно где-то вдалеке идёт поезд. А ещё невнятные крики и бормотание. Оглушительно квакает птица-лягушка, слышится детский смех. Ржавая статуя в отдалении снова заводит свою песню:
Где-то…
За радугой…
Высоко-высоко…
Есть земля, о которой я когда-то слышал…
Однажды, в колыбельной…
Я блуждаю, окончательно потерявшись среди рядов коробок, но где бы я ни оказался, эту чёртову штуковину слышно всё так же хорошо! Понятия не имею, сколько времени я уже нахожусь тут, но по-прежнему не чувствую ни голода, ни жажды. Иногда я встречаю всякие интересные штуковины, вроде той птицы-лягушки, которую я видел двадцать пять лет назад. Или прошла всего неделя? О нет, только не снова! Ну, в общем, я видел тут довольно много интересного. Например, мне встретилась серая женщина с очень дряблой кожей. Её глаза были затянуты белыми бельмами, в которых зияли чёрные дыры, словно просверленные насквозь. Её руки заканчивались гладкими металлическими крюками, сросшимися с серой, резиноподобной плотью, а лицо представляло собой нечто среднее между карикатурой на человека и картиной кубистов. Она сказала, что выглядит так из-за какой-то… «проблемы», как она выразилась, но, по её словам, всё можно исправить при помощи «настоящей газировки» (она постоянно таскает с собой бутылки с какой-то разноцветной дрянью; я понюхал одну, воняло просто ужасно). А ещё надо сделать что-то для какого-то «Чрр-вя». Она всё ещё со мной, но сказала, что скоро вернётся в свой «Серый город». Хотел бы я понять, куда нужно мне самому. Ещё я видел тощее и зубастое существо в шляпе-котелке и с руками, похожими на то ли на рыбьи плавники, то ли на тигриные лапы. Я видел кубик серебристой замазки, который спросил у меня дорогу, а потом куда-то убрёл. Я встретил кого-то, похожего одновременно на енота и шимпанзе. Я встречал их всех, а потом уходили, и Серая Леди тоже собирается уйти! Я должен остановить её! Я слышу, очень слабо, как машина продолжает напевать эту проклятую песню:
Где-то…
За радугой…
Где голубое небо…
И сбываются мечты…
О которых ты когда-то смел мечтать…
Я не смог бы остановить её. Сегодня Серая Леди ушла. Она ушла, а я пытался удержать её, не дать ей меня покинуть, но не смог. Она вырвалась из моих рук и подошла к очень большой серой коробке, на боку которой были нарисованы высокие и тонкие здания. Она откинула крышку и посмотрела на меня, её странное лицо исказилось – наверное, она попыталась улыбнуться. Она помахала на прощание металлическим когтем, а потом прыгнула внутрь. Она… ушла… УШЛА…
Когда-нибудь…
Я загадаю желание…
Глядя на падающую звезду…
И проснусь…
Где-то далеко внизу…
Плывут облака…
Где проблемы тают, как лимонные леденцы…
Высоко-высоко…
Выше дымовых труб…
Там ты найдёшь меня…
Я метался и пытался придумать, что мне делать. Я перебрал все вещи в нашем лагере в попытках найти хоть какую-нибудь зацепку! Сейчас я сижу и плачу. Слёзы падают мне на лицо, а потом капают на землю, издавая преувеличенно громкий плеск. Я не знаю, что мне делать! Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ДЕЛАТЬ! Всхлипывая, я поднимаю голову – вдалеке эта ужасная статуя продолжает напевать свою песенку. Она издевается надо мной. ЭТА МАШИНА ИЗДЕВАЕТСЯ НАДО МНОЙ СВОЕЙ ВЕСЁЛОЙ МУЗЫКОЙ! Я знаю, что делать. Я должен пойти к этой ржавой и прогнившей штуковине. Я должен разобраться с ней. Я должен уйти отсюда.
Где-то…
За радугой…
Летят синие птицы…
Птицы летят…
По радуге…
О, почему…
Почему я не могу улететь вслед за ними…
Я возвращаюсь к машине, всё ещё напевающей эту ужасно счастливую песню, и кричу во всю мощь своих лёгких:
‑ ПОЧЕМУ ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ? ПОЧЕМУ ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ? ПОЧЕМУ Я ЗДЕСЬ?
Машина не отвечает. Она просто продолжает петь эту кошмарную песню.
‑ ПОЧЕМУ ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ? ЧЕМ Я ЭТО ЗАСЛУЖИЛ?
Машина по-прежнему не отвечает. Она всё так же напевает, издеваясь надо мной одним своим существованием. Я пинаю её, бью изо всех сил, пытаюсь хоть как-то повредить ей. Машина не реагирует, и все мои попытки сломать её закачиваются ничем. Она просто продолжает петь эту дурацкую счастливую песенку.
‑ ПОЧЕМУ! ПОЧЕМУ… ТЫ… ИЗДЕВАЕШЬСЯ… НАДО… МНОЙ…
Я падаю на землю, а статуя всё поёт и поёт. Тут до меня доносится слабый скребущий звук – за моей спиной открывается крышка одного из ящиков. Я оборачиваюсь – на краю коробки сидит птица-лягушка. Я вскакиваю на ноги и радостно бросаюсь вперёд. Не раздумывая ни секунды, я прыгаю внутрь, а птица-лягушка смотрит на меня откуда-то сверху, пока я падаю. Погодите, почему она улетает? Поч… Уф! Я встаю. Здесь ничего нет! Здесь ничего нет! Подождите-ка, вот же дверь. Я подхожу к ней, тяну за ручку и перешагиваю через по…
Если…
Синие птицы счастья…
Летят вслед за радугой…
Почему…
О, почему я не могу лететь вслед за ними…
Другие рассказы этого автора, которые мы переводили и выкладывали на Вомбат:
Обратная связь имеет значение. Пожалуйста, если история не понравилась, найдите минутку написать в комментариях, почему (само произведение, качество перевода, что-то ещё). Буду признателен.
Минутка саморекламы: больше историй - на нашем с Sanyendis канале, Сказки старого дворфа.
