Ниже приведены стенограммы радиопередач, которые можно было услышать на гражданском диапазоне летом и осенью 2015-го года в некоторых южных штатах и на Восточном побережье. Говоря о себе, рассказчица упомянула только несколько деталей: она работает водителем грузовика, её зовут «Джоанна» или «Джо», и её преследует странное существо, которое она называет «Ангелом».
Некоторые из вас просили больше историй (прим.: нет никакой информации о том, что рассказчица с кем-то что-то обсуждала, поэтому неизвестно, кто же её об этом просил, если, конечно, такие люди вообще были). Что ж, хорошо, не в моих правилах игнорировать такие просьбы. Дайте-ка подумать, что я смогу вспомнить…
Ну, не во всех моих историях есть какой-то глубокий смысл.
Например, как-то ночью я видела, как все, кто погиб на трассе, поднялись из могил, чтобы прокатиться автостопом. Мёртвые, остекленевшие глаза поблёскивали на обочинах в свете фар. Ну, в общем-то, и всё на этом, они просто стояли и смотрели. Я не могла остановиться, чтобы кого-то из них подбросить, потому что со мной уже есть Ангел, который обычно устраивается на переднем сидении.
Или вот этот случай. На самом деле, он тоже совершенно бессмысленный. Зашла я как-то в Макдональдс… Понимаете, когда работаешь дальнобойщиком, довольно сложно следить за здоровьем. Часто не удаётся нормально выспаться, да и правильно питаться не всегда получается. Когда доставка горит, а ты на шоссе, вокруг ночь и хочется есть – ясное дело, никто не откажется съесть гамбургер-другой.
Так вот, я тогда в кои-то веки была во Флориде. Торопиться было некуда, но мне было лень, и когда впереди показалась эта золотая буква «М», я подумала, чёрт возьми, почему бы и нет, понимаете?
Дорожки там были узковаты, грузовик не проехал бы, поэтому я припарковалась у обочины и направилась ко входу. Было, пожалуй, часов семь утра. Я помню, что солнце едва поднялось над горизонтом и отражалось в окнах, когда я вошла.
Посетителей было не так уж много. Обычное, думаю, дело для придорожного макдака в такое время. Я подошла к стойке.
Там работало два человека, чем-то похожих друг на друга. Сальные волосы, жирная кожа. Пустые улыбки. Знаете, меня всегда тянет вымыть руки, когда я вижу таких ребят.
Парень принял мой заказ. Пока его готовили, я решила сходить в туалет. Там было довольно чисто, но меня немного беспокоила музыка. Там стояли такие жестяные колонки. У вас было когда-нибудь чувство, что иногда музыка просто маскирует тишину?
И ещё Ангел тоже был там. Он выглядел так, будто мешок, набитый кишками, родил ребёнка от фрактала, только если бы ребёнка при этом ещё и омыло небесное сияние. И он делал эту штуку. Вот, снова, слышите? Послушайте сами.
(пятисекундная пауза, во время которой не слышно ничего, кроме шума эфира).
Он вечно так делает. То есть, я имею в виду, реально без остановки! (короткая пауза) Я тоже люблю слушать музыку, особенно если веду машину. Но любая музыка звучит плоско по сравнению с теми звуками, что издаёт Ангел. Даже не плоско, а просто одномерно.
Да, так вот. Я пробыла в туалете минуты две, не больше, а когда вышла наружу, все уже ушли. Не было ни клиентов, ни работников. Но мой заказ был готов, стоял в пакете на прилавке.
Мне стало любопытно. Я вообще любопытная девушка. И к тому времени я повидала уже столько всякого, что была уверена, что если прошвырнуться вокруг, то, по крайней мере, будет что потом вспомнить.
Так что я обошла стойку и заглянула на кухню. Там никого не было, но все плиты и прочие устройства работали.
Я заглянула в их крошечную, тесную раздевалку и в ещё более тесный туалет для персонала. Это было довольно волнующе, на самом деле. Будто во время концерта зашёл за кулисы. Но там тоже никого не было.
В итоге я нашла их в кладовой. Это была холодильная камера, на удивление просторная, с металлическими полками. Знаете, сети фастфуда рассылают в свои отделения такие большие пластиковые пакеты с готовыми продуктами. Остаётся только вскрыть его, и у вас будет всё, что нужно, чтобы собрать дешёвый бургер.
Так вот, они вытащили все эти пакеты с полок на середину зала и побросали там в одну большую кучу.
Я ожидала найти тех двух работников, которых уже видела здесь, но их тут лежало гораздо больше. Человек десять, все в фирменной одежде, все похожи друг на друга. Сальные волосы, жирная кожа. Пустые улыбки. Пустые глаза.
Они выглядели так, будто чего-то ждали. (короткая пауза) Интересно, чего?
Я вернулась в машину и собралась позавтракать.
Да, знаю, знаю. Но, раз уж на то пошло, если я до сих не траванулась их едой, то чего-то подобного недостаточно, чтобы я отказалась от бургеров. (короткая пауза) И ещё они, само собой, перепутали мой заказ. Картошку фри и молочный коктейль мне, по крайней мере, положили, но вместо бургера всучили человеческий череп, завёрнутый в промасленную бумагу.
(девятнадцатисекундная пауза. Через десять секунд рассказчица вздыхает, будто собирается что-то сказать, но останавливается. Перед окончанием трансляции раздаётся слабый, не поддающийся интерпретации шуршащий звук)
(Запись этой передачи начинается с середины предложения. Неизвестно, началась ли так сама передача, или запись неполная).
…какая-то болезнь, она нигде не описана, но он лично это видел. Она что-то нарушает в тканях, сбивает какие-то биоритмы, и тело не заживает должным образом. Каждая крохотная ранка зарастает совершенно непропорциональным количеством рубцовой ткани. Отрубите себе руку, сказал тот парень, и она вырастет снова, только будет вся бугристая и перекрученная.
Он рассказывал мне, что видел однажды человека, британского солдата, который служил на западном фронте во время Первой мировой войны. Он запутался в колючей проволоке во время обстрела, и немцы наделали в нём кучу новых дырок, пока он пытался освободиться. Из него просто сделали отбивную.
Его сейчас держат в старом госпитале в Лионе. Так говорил тот парень. Он сказал, что его пропустили туда, когда он подделал документы, притворившись гениальным хирургом, который провёл десять лет за границей, работая на организацию «Врачи без границ».
Дверь в палату была заперта, внутри было темно. Парень сказал, что раньше этого солдата кормили внутривенно, так как есть нормально он уже не мог, но теперь прекратили. Никто не хотел этим заниматься, да и всё равно, похоже, толку от этого не было.
То существо на кровати, тот солдат, похоже, не реагировал ни на свет, ни на голоса, сказал тот парень с заправки. Но он видел, как его грудь, или то, что было когда-то грудью, двигается вверх-вниз. Быстро-быстро, совсем как у кролика. Панические вдохи.
Есть и другие, сказал тот парень. Их не так уж много, но они есть. Иногда их пытаются убить. Родственники, в основном. Из милосердия. Но им отрубают, например, голову, а они поднимаются и шаркают себе дальше, пока новая голова не отрастёт. Непонятно, понимают ли они, что происходит, но иногда они пытаются кричать своими сросшимися губами.
Ну, по крайней мере, тот парень так говорил.
Никогда не была во Франции. Вот бы там побывать.
(шестисекундная тишина, после которой запись заканчивается).
Думаю, сегодня ночью может пойти снег. (короткая пауза) Конечно, он не будет идти долго, но, думаю, пара снежинок на нас упадёт.
Америка странная страна, приятель.
Она слишком большая. Я так думаю, поэтому у нас так много историй о призраках. Например… (короткая пауза) Сколько у нас сейчас, триста миллионов человек? Больше? Но и этого будет мало, чтобы заселить все наши земли. Некому присматривать за огромными пустынными пространствами. Все эти земли, в которых нет ни души… (короткая пауза) Все эти одинокие шоссе. Наверняка там водятся призраки. Даже не надо быть дальнобойщиком, чтобы это понимать.
Я сейчас еду через Алабаму, направляюсь в Техас, старый добрый Штат Одинокой Звезды. Я предпочитаю миновать Алабаму как можно быстрее, потому что Алабама, знаете ли, это Алабама. Я сделала из этого такую игру. Пытаюсь побить свой собственный рекорд.
Но иногда… (короткая пауза) Я теряю сознание, наверное. Иногда это происходит, когда я веду машину. Я понимаю, что за рулём уже четыре часа, а кажется, будто прошла всего секунда. Или я прихожу в себя, паркуясь на обочине, а день уже превратился в ночь.
Раньше такого не случалось. Думаю, это всё Ангел.
Он много чего может, жаль, собеседник из него никакой.
(восьмисекундная пауза. Рассказчица начинает мурлыкать какую-то мелодию себе под нос, а потом тихонько напевает: «Иисус любит меня, я это знаю, ведь так сказано в Библии»).
О, да, Алабама. Была я как-то в Алабаме, просто проезжала через неё, и вот так вот потеряла сознание. А пришла в себя уже в этом городе. Ну, он выглядел как город, но там было очень тихо, и я сразу поняла, что вокруг нет никого, кроме меня. Поэтому я вышла, просто чтобы осмотреться, понимаете?
Ангел делал что-то странное. Он был немного в стороне от меня, футах, может, в двадцати, но с ним никогда нельзя точно определить расстояние. Всегда кажется, что можно протянуть руку и дотронуться до него. В любом случае, он был прямо у меня перед глазами, всегда прямо перед ними, и следовал за взглядом, куда бы я ни посмотрела. Можете себе представить? Как будто он прилип к глазному яблоку, а не парил в воздухе передо мной.
У него есть некая симметрия, и он слегка искажает пространство вокруг себя. Или нет. Наверное, в этом нет необходимости. Мир, по крайней мере то, что мы называем реальностью, примерно так же реален по сравнению с Ангелом, как честные бои в профессиональном рестлинге.
Но я чувствовала, что это место, где бы оно ни находилось, было бы нереальным даже без участия Ангела. Во-первых, тут не было никаких указателей. Ни названий улиц, ни вывесок, ничего. И, как я уже говорила, не было видно ни одного человека, но там и тут стояли припаркованные машины. Ни у одной из них не было номера.
Вдалеке виднелась какая-то фабрика, из заводской трубы шёл дым. Мне стало любопытно, так что я запрыгнула в кабину и поехала в ту сторону.
Сперва это было незаметно за шумом двигателя, но по мере приближения к заводу появился… гул. Это был даже не звук, на самом деле. Или звук, но такой низкий, что я скорее ощущала его подошвами ботинок, чем слышала.
Фабрика была странной. У неё не было дверей, но стены были покрыты этими… (короткая пауза) Я бы сказала, что это были иллюминаторы, потому что они были круглыми, но в них не было стёкол, и из них выпирала плоть.
Я знаю, что это была именно плоть, потому что я подошла к одному из этих иллюминаторов и потрогала её. Она была тёплой, розовой и податливой. И без волос. Слишком гладкая, чтобы быть человеческой. Когда я прикоснулась к ней, она задрожала. Может быть, это воображение шутило со мной шутки, но на секунду мне показалось, что земля тоже слегка вздрогнула.
Прикоснувшись к этой штуке, я почувствовала себя так, будто в чём-то испачкалась. Мне было немного противно. Я поняла, что хочу вернуться на шоссе.
Поэтому я села в свой грузовик и уехала оттуда. Мой навигатор не работал, и я решила просто ехать вперёд, пока меня не будет отделять от города хоть какое-то расстояние. Так что я поглядывала на завод в зеркало заднего вида и просто ехала. (короткая пауза) За городом были ещё какие-то дороги, но я никуда не сворачивала и, в конце концов, выбралась на шоссе.
Кое-что живое я там всё же видела. Прямо за городом, оно перешло дорогу передо мной. Оно было похоже на оленя, но… (короткая пауза) В общем, я засомневалась, не надышалась ли я заводского дыма.
Думаю, у каждого дальнобойщика есть парочка историй о том, как с ними случалось что-то странное. Это одна из моих.
Ладно, неспящие, берегите себя. С вами была Джоанн, я с вами прощаюсь.
(Трансляция заканчивается)
Я снова забыла, чем занималась.
Раньше я была христианкой, наверное. Пресвитерианкой. Теперь нет.
Не то, чтобы я не верила в Бога или ангелов. Я знаю, что они реальны. Просто… Ну, я думаю, подчинение – естественная часть поклонения, понимаете, о чём я? (короткая пауза) И случись когда-нибудь Богу самолично обратить на нас свой ужасный взор, мы, так или иначе, покорились бы, хотелось бы нам того или нет. С учётом этого, вся религия кажется…
(Рассказчица прерывается; наступает тишина длительностью 1 минута 22 секунды - самая длинная пауза за всё время её выступлений. Когда она снова заговорила, её голос звучал механически ровно).
Свят, свят, свят Господь Бог Саваоф, небо и земля полны Тобой...
(Трансляция резко заканчивается. Начинают говорить другие пользователи, явно раздражённые тем, что частота была занята так долго. Никто из них не упоминает содержание передачи).
Сегодня я везу полный трейлер говядины из Далласа в Шарлотту. Я не сплю уже восемнадцать часов, но знаете, даже в трейлере с холодильной установкой мясо не может храниться вечно. По закону на нём должны ставить дату упаковки, и, само собой, никто не захочет покупать старое мясо.
Я купила шесть банок энергетика и половину уже выпила. (короткая пауза) Сегодня такая яркая и большая Луна, но за облаками она кажется размытым пятном.
Пожалуй, я видела любую погоду, какая только бывает в этой части света. От Техаса, с его мясокомбинатами, до Восточного побережья, где множество людей хочет получить свой стейк на обед. (короткая пауза) Когда доберусь до Шарлотты, я посплю в кабине часа четыре, а потом возьму следующий груз и отправлюсь в Нью-Джерси.
В целом, меня устраивает моя работа. Я не боюсь одиночества и долгих поездок. Но иногда сроки поджимают, и приходится проводить без сна сутки напролёт, и вот это я ненавижу. В глазах будто песка насыпали – так всегда бывает, когда тело требует отдыха, а прилечь и выспаться нельзя.
(восьмисекундная пауза. Слышно, как рассказчица пьёт; вскоре после этого раздается звук сминаемой алюминиевой банки).
В общем, я хочу рассказать вам одну историю. Наверняка некоторые из вас её уже слышали раньше (прим.: нет никаких доказательств того, что эту историю раньше рассказывали, или хотя бы упоминали где-то ещё). После того случая я сейчас скорее перейду на другую сторону улицы, чем приближусь к канализационному люку.
Когда ко мне пришёл Ангел, я начала видеть разные странные вещи. И пока вы все тут не начали делать преждевременные выводы и говорить, что это просто мои глюки, поверьте, ребята, я успела обдумать это уже миллион раз. Но сейчас я считаю, что нет ничего глупее, чем подвергать сомнению моё восприятие реальности.
Я была за рулём, торопилась, но дело в том, что тогда я ещё не совсем, ну, приноровилась к тому, что Ангел был рядом со мной. Мне казалось, что я умру, если придётся провести ещё одну минуту за рулём, пока он сидит рядом на пассажирском сидении и просто наблюдает за мной.
Удивительно, к чему только человек не привыкает. Сейчас я спокойно могу смотреть на него. И да, я всё ещё думаю, что он жутко уродливый, но, знаете… пожалуй, я к нему привыкла. А тогда я изо всех сил старалась не отрывать глаз от дороги, как будто не видела его периферийным зрением так же чётко, как если бы смотрела прямо на него.
Добравшись до города, я нашла стоянку и припарковалась. Я вылезла из кабины и решила немного пройтись и проветриться. По крайней мере, мне хватило ума запереть грузовик.
Я знаю, о чём вы все сейчас подумали. Да, я залезла в открытый люк. Даже если за вами следит что-то вроде Ангела, это выглядит довольно необычно. Но, слушайте, на самом деле это не так уж странно, как может показаться. Думаю, Ангел тоже этого хотел, на самом деле. Может быть, он хотел, чтобы я спустилась туда. (короткая пауза) Думаю, иногда он хочет мне кое-что показать.
В итоге я совершенно заблудилась. Внизу было темно, и стояла жуткая вонь. И, что хуже всего, я не могла избавиться от Ангела.
Что ж, я хорошо усвоила этот урок. Убежать от него не получится.
Так вот, внизу… Через некоторое время шахты превратились в тоннели. Все стены были покрыты… ну, пусть будет грязью. Коричневой грязью. Я была уверена, что иду не в ту сторону, но что мне оставалось? Пытаться вернуться тем же путём и заблудиться ещё сильнее?
Я шла по туннелям, спускаясь всё ниже и ниже. Наверное, я была уже гораздо глубже канализационных труб. Я шутила про себя, что воздух становится теплее, потому что я приближаюсь к центру Земли. Так себе шутка. Время от времени мне за шиворот падали холодные капли с потолка. Отвратительно.
Не знаю, продолжал ли Ангел вести меня там, внизу, или всё вышло случайно, но, в конце концов, я попала в огромный зал. Гигантский. Там был бассейн, размером, наверное, с озеро. Чёрт, да он мог быть размером с Атлантический океан, я же не видела другого берега. И он был заполнен до краёв этим коричневым веществом. Жижа с твёрдыми кусками. Я думала, что потеряю сознание от запаха.
А над поверхностью, как какое-то ужасное солнце, возвышался Ангел, похожий на реку вина, текущую через ворота из костей. Или, может быть, всё было наоборот.
(семисекундная пауза. Слышно, как рассказчица открывает очередную банку газированного напитка).
Думаю, им не понравилось, что я там оказалась. (короткая пауза) Они вылезли из бассейна и направились ко мне. Тогда я была гораздо более пугливой, чем сейчас, так что просто замерла. Они… (короткая пауза) знаю, это прозвучит глупо. Они были человекообразными, но сначала я не могла понять, что именно скрывается под грязью. А потом коричневая масса начала с них стекать, и…
Они все были похожи на президента Обаму. Ага. И это были не маски. Не знаю, были это клоны или, может быть, призраки, но сходство было идеальным.
У них были остекленевшие глаза, а рты напоминали дряблые овалы, но губы двигались, будто бы они пытались мне что-то сказать. Но не раздавалось ни звука. И все были одеты в сшитые на заказ костюмы. Такие, знаете, идеально подогнанные по фигуре. Правда, после «ванны» выглядели они не очень презентабельно.
Видите, я же говорила, что это будет звучать глупо. (короткая пауза) Но тогда, когда я их увидела, мне было не до того, чтобы оценивать абсурдность происходящего.
В общем, я просто бросилась бежать. Бежала, куда глаза глядят. В конце концов, мне удалось добраться до технических тоннелей. (короткая пауза) Не помню, как мне это удалось, но я нашла дорогу. А там выбраться на поверхность было уже делом техники. Боже, до сих пор помню, как же приятно было снова вдохнуть свежий воздух.
Я блуждала там, внизу, несколько часов, и опоздала с доставкой.
К слову, в другой раз я видела ещё одну странную штуку… (неразборчиво)
(трансляция забивается шумом помех. Доносятся странные, искажённые звуки: удары и неразборчивые крики. Ещё через полминуты трансляция заканчивается).
Когда работаешь дальнобойщиком, приходится иногда сталкиваться со странными людьми. (короткая пауза) То есть, я хочу сказать, вам так или иначе попадаются странные люди, кем бы вы ни работали. По-моему, все люди, так или иначе, в чём-то странные. Но есть что-то в…
Ну, я думаю, «странное» не существовало бы без «нормального», так ведь? Так что же тогда «нормально»? Я считаю, «нормально» - это когда ты спишь ночью и просыпаешься утром. Работаешь с девяти до пяти, а потом идёшь домой. А если тебе приходится нарушать свой график сна ради заработка, это довольно странно, не находите?
Так вот, когда работаешь дальнобойщиком, приходится сталкиваться со странными людьми. Стоянки для грузовиков, ночные заправки… Это сами по себе довольно странные места, но когда приезжаешь туда посреди ночи, спал за последние сутки всего пару часов и держишься на одних энергетиках, там становится действительно…
Это всё ночь. Ночью меня всегда тянет рассказывать байки о привидениях, знаете ли.
Я как-то познакомилась в баре с парнем. Это было в середине зимы, но дороги были отличные, и я шла с опережением графика. Я решила остановиться где-нибудь, выйти из грузовика и немного размять ноги, ну, может, ещё купить шоколадку или чем-нибудь перекусить.
А потом мне на глаза попался бар, он был весь увешан сверкающей неоновой рекламой пива, и я подумала – какого чёрта! Да, некоторые из вас, наверное, скажут: «Джо, ты же была за рулём!» Знаете ли, я зарабатываю на жизнь тем, что кручу баранку, и хорошо знаю, что мне стоит делать, а чего нет. Спросите любого дальнобойщика, и он вам скажет, что, когда в полном одиночестве мчишься по трассе, а за окнами ночь, гораздо приятнее вести машину, если в кабине припасена баночка пива.
Итак, я припарковалась у бара и направилась внутрь. Была среда, около полуночи, так что не удивительно, что зал пустовал. Там был только бармен, какой-то парень, пялившийся в свою кружку, и Ангел.
Я говорила, что Ангел следует за мной повсюду, но это не совсем так, на самом деле он всегда там, где-то впереди. Как сейчас: я оставила его в грузовике и чувствовала, что он наблюдает за тем, как я пересекаю парковку, а потом он уже оказался в баре, когда я вошла. Хотя не похоже, чтобы это место его так уж заинтересовало. Он стоял в углу и просто наблюдал за происходящим, превратившись в несколько концентрических, вращающихся колец плоти.
Я направилась к бару и заказала разливного пива. Так вот, тот парень… Другой клиент, я имею в виду, не бармен. Он выглядел ужасно. Похоже, он недоедал. Но я подумала: какая разница, я и сама за рулём уже несколько часов и выгляжу, наверное, не лучше.
(семисекундная пауза; слышно, как рассказчица открывает банку газированного напитка и делает глоток).
Я так и не узнала, как его звали. И вообще ничего о нём не знаю. Он не говорил, а я не спрашивала. Я решила, что ему просто нужен кто-то, чтобы выговориться, и дала ему такую возможность.
Он рассказал, что был членом какой-то секты, у себя, в Новом Орлеане. Все они были довольно богатыми людьми, и им было скучно. Они хотели заняться чем-то захватывающим и опасным, как я поняла. На его лице даже проступили капельки пота при этих словах, и он сказал, что они узнают, что он всё выболтал, и накажут его. (короткая пауза) Он, определённо, был пьян.
По его словам, эта секта занималась всякими странными вещами. Они собирались в своих шикарных домах, резали собак и раскладывали куски мяса по полу в виде ритуальных узоров, или разбрасывали в беспорядке, как на тестах Роршаха.
В общем, где-то к этому моменту я начала подумывать, что парень не просто недоедает. Он выглядел загнанным. Я решила, что из-за него у меня могут быть неприятности, и пора закругляться. Я положила несколько долларов на прилавок, извинилась и направилась в дамскую комнату.
В туалете в зеркале отражался Ангел, но в самой комнате его не было видно. Он наблюдал за мной, как и всегда. (короткая пауза) Я закончила свои дела, а когда вернулась, парня уже нигде не было видно. Я поблагодарила бармена, попрощалась и вышла.
На улице я остановилась выкурить сигаретку, как вдруг до меня донеслись странные звуки. Какие-то стоны и щёлкающие звуки, будто кто-то ронял камешки на землю.
В поисках источника звуков я зашла за угол и увидела того парня из бара. Покачиваясь, он стоял у стены. Он… (короткая пауза) зубы сыпались водопадом из его рта, и они были слишком длинными и тонкими, понимаете? А тот звук – с этим стуком его зубы падали на асфальт. У его ног уже образовалась приличная куча.
Он, кажется, меня не заметил, а я просто курила, наблюдая за ним. А когда сигарета прогорела до фильтра, затушила окурок ногой, вернулась к себе в кабину и тронулась с места.
Ну, кто знает, может быть, ему нужна была помощь. (короткая пауза) Да, да, конечно. Джо, как же тебе не стыдно. Ну, я полагаю, когда на месте второго пилота постоянно сидит кто-то, похожий на крутящийся цветок из разрезанных кошачьих черепов, это делает тебя немного менее чутким. В любом случае, уверена, тот парень в силах позаботиться о себе сам.
Ладно, что-то я заболталась. Берегите себя, друзья, и следите за дорогой.
(Трансляция заканчивается)
