Присоединяйся к Вомбату
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
или через
Хотите перенести свой аккаунт с Пикабу? Узнайте как
Уведомления
Вомбаттл
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Международная группа антропологов поставила под сомнение устоявшееся представление о том, что первые Homo sapiens вышли из Африки через восточное побережье континента. Путь человечества мог начаться с юга — с берегов современной Южной Африки. Работа опубликована в журнале Transactions of the Royal Society of South Africa (TRSSA).
-
Ученые предполагают, что около 70 тысяч лет назад небольшие группы людей начали покидать южное побережье и продвигаться вдоль восточного берега континента. Примерно между 50 и 40 тысячами лет назад они пересекли Красное море и достигли Аравийского полуострова, откуда впоследствии расселились по всей Евразии.
-
«Климат, ресурсы и уровень технологического развития южноафриканских сообществ того времени создавали идеальные условия для начала мирового переселения людей», — отметили авторы.
-
Основу гипотезы составили данные о древнейших стоянках человека в районе мыс Южного Кейпа. Комплекс пещер Пиннакл-Пойнт и другие археологические объекты, включенные в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, содержат богатейшие свидетельства развития современного человеческого поведения, датируемые периодом до 162 тысяч лет назад.
-
Именно здесь древние люди впервые начали активно пользоваться дарами моря — собирать моллюсков и рыбу, что обеспечивало стабильное питание даже в засушливые эпохи. Это могло стать эволюционным преимуществом перед внутренними популяциями, зависимыми от охоты и собирательства.
-
Ученые также указали на ключевую роль изобретения лука и стрел, что позволило людям этого региона эффективнее добывать пищу и защищаться.-В эпоху ледников уровень мирового океана снижался, и на юге Африки обнажались широкие прибрежные равнины, богатые пищей и пресной водой. Именно тогда у наших предков, вероятно, формировалась культура мореплавания и навыки, позволившие им в будущем двигаться вдоль береговой линии.
-
«На побережье южного Кейпа люди пережили даже извержение вулкана Тоба 74 тысячи лет назад, которое вызвало глобальное похолодание, и продолжили культурное развитие — факт, который отличает их от других популяций древнего человека», — заключили исследователи.
-
По мнению исследователей, рост населения, конкуренция за ресурсы и изменения климата стали главными причинами начала миграции. При этом прибрежный путь был наиболее безопасным и удобным: он обеспечивал доступ к пище, пресной воде и мягкому климату, а также меньшую встречаемость крупных хищников.
-
В одной бедной африканской стране в глухой деревне жил пастух. Вот он жил, жил, да и помер. А в другой деревне жил колдун. И захотел он добыть кости того пастуха, так как пастух-то был далёким потомком короля Нгенге, который пятьсот лет назад основал панафриканскую империю и, по слухам, обладал сверхъестественной силой. Сила эта передалась его потомкам, но они об этом и не подозревали, в том числе этот пастух.
Вот сходил колдун ночью на кладбище, откопал кости, принёс к себе и начал колдовать. А мана ему не идёт. Значит, подумал колдун, какого-то ингредиента не хватает.
А в столичном городе жила девушка. Училась в университете, носила спортивную одежду, была красавицей и не подозревала, что тоже была потомком короля Нгенге. Прознал про то колдун и приехал в столицу, чтобы добыть её кости. Мана короля после его смерти разделилась на две части - мужскую и женскую, и вот теперь нужно было соединить их, чтобы она начала действовать.
Вот нашёл колдун девушку и пленился её красотой. Втрескался, короче. А она его отшила, говорит - мол, много хочешь, тупая деревенщина. А он ей - да я могучий колдун, я могу сделать для тебя всё, увезу куда пожелаешь, а то в этом дерьмище пропадёшь - ну и всё такое. А она говорит - покажи своё могущество. А могущества-то и нету, ибо пока нет маны, а так он обычный колдун, каких полно по всей Африке. Разозлился колдун и убил девушку. Ну, убил-то он её из благих намерений, мол - получу ману, научусь воскрешать мёртвых, воскрешу её и женюсь на ней. Вернулся он к себе и стал колдовать. А мана не приходит. А вся соль в том, что пастух, кости которого он откопал, - это был не тот пастух, а тот лежал в соседней могиле. Прознал про то колдун и пулей прибежал на кладбище. Но ту могилу уже собаки разрыли и кости сгрызли. Так и остался колдун и без маны, и без девушки. В отчаянии отрезал он себе член и тут же умер.
А мораль такова: на кладбище надо ходить С ФОНАРИКОМ!!!
Если вы не сильно испугались, то вот вам история о действительно существующей африканской традиции, жуткой и одновременно... весёлой (если не отображается ссылка - нужно отключить AdBlock):
Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь для просмотра содержимого данного поста.
Все вы, должно быть, видели этих классных ребятишек. Их ролики озаглавлены "Masaka Kids Afrikana". Начиналось всё как танцевальный проект.
Но вскоре это переросло в целый проект, помогающий в образовании и социализации детей и подростков Уганды.
Я искала кураторов проекта. Скорее всего это эти замечательные люди.
С наступающим! Всем улыбок и позитива.
Мужчина 35 лет
— Со своей первой женой я познакомился почти девять лет назад – мы учились на одной параллели: я на юриста, а она хотела стать журналистом, - начал свой рассказ клиент, высокий красивый мужчина в строгом костюме и едва заметным шрамом на левой щеке. – Это была настоящая любовь с первого взгляда - от знакомства до замужества прошло всего десять месяцев.
— Как к этому отнеслись ваши родители?
— Моя мама готова была целовать Нине ноги, благодарная что хоть кто-то решил прибрать к рукам такого обалдуя как я. А отец… он, конечно, хотел, чтобы я сделал карьеру и встал на ноги, но не стал мешать, более того – он поддерживал во всем, в чем только мог. Насчет тестя с тещей – я с ними особенно не контактировал, они до сих пор живут в Новосибирске, и мы виделись за это время всего раз пять.
— Вы завели детей?
— Нет, к сожалению, - лицо Николая резко помрачнело. – Может, если бы я настоял на этом, то ничего плохого и не произошло… Нина была очень, как бы это сказать, активной что ли – постоянно моталась по стране, брала интервью, снимала репортажи. Ей было интересно путешествовать, находиться в центре событий, слушать людей.
— Не очень подходящая работа для семейной жизни.
— Вы правы, но я знал на что шел, когда делал ей предложение. Точнее я думал, что знал, но два года спустя реальность здорово ударила нас обоих. Жену тогда отправили снимать фильм об участии наших инженеров в постройке электростанций в нескольких африканских странах. Это была ее первая поездка в том направлении, и мне, если честно, совсем не нравилось что она отправляется в такую опасную зону. Но тут ничего не поделаешь, работа есть работа – тем более что Нина была более чем подготовлена к жаркой погоде, поскольку перед этим почти три месяца провела в Туркменистане. И вот она вылетела вместе со съемочной группой сначала в Стамбул, а потом в Абуджу – столицу Нигерии. Там их должны были встретить и на маленьком самолете отвезти в один из районных центров, откуда потом на машине до места строительства.
— Не самый простой маршрут, - заметила я.
— И, как оказалось, не самый безопасный, - пробурчал Николай и, сняв очки, потер переносицу. – Спустя шесть часов после приземления в Абудже она перестала выходить на связь. Последним сообщением было что с ней все в порядке, и они уже едут на джипе с местными. Поначалу я не беспокоился – ну мало ли, сети там нет или просто замоталась и забыла отписаться. Но когда прошли сутки, я начал тревожиться – позвонил ее начальнику, спросил не выходил ли на связь кто-то из ее товарищей. Оказалось – никто, все члены группы молчали.
— Произошла авария или что-то в этом духе?
— Ничего такого - на самом деле я плохо помню ту неделю, слишком уж много было переживаний, - покачал головой мужчина. – Ровно через одиннадцать дней после пропажи Нины, пришло сообщение что на их колонну напали местные повстанцы. В живых никого не осталось…
— Сочувствую вам.
— Спасибо, - мрачно усмехнулся клиент. – Когда мне об этом сообщили я просто встал как вкопанный и долго не мог прийти в себя. Из столбняка меня вывел Нинин шеф, который попытался как-то оправдаться. Тут меня всего перекосило, глаза затянула красная пелена и я ринулся было врезать этому подонку, который отправил мою любимую на смерть, но меня схватили мужики и не дали этого сделать. Я вырывался, кричал что прибью его, но в конце концов остыл и, хлопнув дверью, ушел.
— Как вы сумели справиться с этой потерей?
— Мне помогло время, - честно признался он, тяжело вздохнув. – Первый год был самым сложным, я даже не могу вспомнить что делал в то время. Второй и третий я жил будто на автопилоте: дом-работа-дом и больше ничего. Четыре года спустя я начал потихоньку приходить в норму: стал ходить в местный шахматный клуб, появились новые знакомства, привычки. Мир перестал быть серым и непроходимо тоскливым. Но если честно, все эти годы я перед сном разговаривал с Ниной: ложился на кровать, поворачивался к тому месту где лежала она и рассказывал о том, как прошел мой день. Вы не подумайте, я не псих и никто в ответ мне ничего не говорил… Просто мне было так легче переживать это все.
— Я понимаю вас, - сдержанно улыбнувшись, ответила я. – Вы сохранили ее вещи?
— Все, что были, - неожиданно просветлев, сказал Николай. – Я хранил их все эти годы: одежду, украшения, фотоальбомы, компьютер. Они стали для меня чем-то вроде реликвии.
— Вы не думали, что пора отпустить ее и начать новые отношения?
— Думал, но никак не решался, пока эти отношения сами не нашли меня… Я познакомился с одной посетительниц нашего клуба – Олей. Мы несколько раз играли вместе, потом я предложил выпить чего-нибудь, затем проводил ее до дома и как-то все само собой получилось. Она работала в библиотеке неподалеку от моего дома и казалась очень спокойной и сдержанной, можно сказать – полной противоположностью Нины. Видимо это и сыграло свою роль в том что у нас все получилось – Ольга как бы заняла другое место в моем сердце.
— Как она отнеслась к тому что вы все еще храните вещи бывшей жены?
— С пониманием, и я очень ей за это благодарен. Узнав о том через что я прошел, она ничего не сказала, лишь обняла меня и крепко-крепко прижалась, показывая тем самым что не собирается вычеркивать Нину из моей памяти и выбрасывать то, что я так долго хранил. И с каждым днем наши отношения становились все крепче и крепче, я сделал ей предложение, мы по-тихому расписались и…
— Что-то случилось?
— Почти полгода назад, в воскресенье утром, в дверь кто-то позвонил – Оля открыла дверь, поздоровалась с кем-то, а затем позвала меня. На пороге стояла белокурая женщина с изможденным лицом, одетая в старую потрепанную военную форму. Мы стояли друг напротив друга, не в силах сказать хоть что-то. В какой-то момент я сделал шаг вперед и, обняв ее, зарыдал от счастья, а Нина сделала то же самое. Она ревела как маленькая девочка и ее тело содрогалось в моих руках. На эти звуки вышли соседи и Оля, затолкав нас обоих внутрь, закрыла дверь, спрятав нас о посторонних глаз.
— Как она сумела выжить?
— Я хотел задать ей этот вопрос, но сама ситуация была очень уж сложной, как вы можете себе представить. Утерев слезы, я представил обеих своих жен друг другу и предложил чего-нибудь выпить. И лишь после половины бутылки коньяка, мы смогли начать разговор. Если не вдаваться в подробности, Нина попала в плен – всю ее группу вырезали, а ее оставили. Почему? Да потому что она всегда была красавицей – вот ее и решили в качестве презента отдать местному главарю. Почти пять лет она была кем-то вроде невольницы, как и многие другие девушки. Она пару раз пыталась бежать, но ничего не получилось – в назидание остальным ее жестоко высекли. Я видел шрамы – они ужасны, можете мне поверить. А потом, как это часто бывает в тех краях, главаря убили и на его место пришел другой подонок. Но прежнее место ему не понравилось, и он решил перевезти все добро и рабов в том числе в другой город. Воспользовавшись этим, Нина сумела освободиться и ускользнуть.
— Вот это сила воли! – восхищенно сказала я.
— Жаль только, что она не смогла далеко уйти, несмотря на ночь. Ее поймала другая банда и пыталась потребовать выкуп с кого-нибудь, но им это так и не удалось. Спустя полгода на поселение напали правительственные войска и освободили Нину, после чего привезли ее в наше консульство. А оттуда она несколькими самолетами вернулась домой, чтобы обнаружить своего мужа с другой женщиной…
— Суровая история.
— И это лишь то, что она сумела из себя выжать. После этого Нина заявила, что все понимает и не будет нам мешать, встала и направилась к двери. Но я остановил ее, спросив что она теперь собирается делать. Сказала, что не знает, но попробует вернуться к родителям, а там видно будет. Я крепко держал ее за руку, а она пыталась вырваться. Потом ударила меня, еще раз и еще – а я просто стоял и терпел, понимая как ей сейчас тяжело. Я ведь отчасти предал ее – она столько лет жила мыслью что вернется домой, ко мне, а тут…
— Вы сумели ее удержать?
— Это сделала Оля – она неожиданно встала из-за стола и, закрыв дверь на замок, твердо сказала что никто никуда не пойдет. Предложила успокоиться, а затем рассказала Нине о том как я все эти ходы хранил память о ней и в доказательство показала все ее вещи. Минута, и она снова расплакалась глядя на них – видели бы вы с каким выражением лица она поглаживала рукава своей одежды… В общем, Нина осталась с нами – она отключилась почти мгновенно, стоило только ей положить голову на подушку. А на следующий день мы с Олей не пошли на работу, позвонив и сказав, что заболели, после чего попытались хоть как-то понять как нам жить дальше.
— И что же вы решили?
— Оля предложила остаться всем вместе – то есть именно то, чего я не решался сказать. Нине это не очень понравилось, но это было лучшим решением, по сравнению с новой разлукой. А я… я ломал голову над тем как нам устроить быт и все остальное так, чтобы две женщины не передрались друг с другом. Я чувствовал будто оказался между двух огней: шаг в сторону – расстрел. Но оказалось что они вполне могут договориться и без меня – особенно, когда убедились что я в действительности люблю их обеих. Единственное, о чем мы все втроем не решались говорить – ну… вы понимаете, о чем я. Первое время Нина спала на диване в гостиной – я боялся вообще притронуться к ней, учитывая через что ей пришлось пройти. Мне было трудно, но она сама в какой-то момент поцеловала меня, и я понял, что могу то же самое, хотя и стеснялся делать это при Ольге.
— Да уж, необычная ситуация.
— Даже не знаю как бы я сумел с этим справиться если бы не рассудительность и хладнокровие Оли. Она не только не стала ревновать, но и взяла Нину под свое крылышко – помогла адаптироваться к новой жизни и даже устроила к себе на работу, благо у нее оказалось вполне подходящее образование. В общем, мы как-то наладили жизнь и начали справляться с приходящими вопросами. Со всеми, кроме одного…
— Слушаю.
— Нина порой кричит по ночам, а когда раздаются громкие звуки – дергается и закрывает голову руками. Иногда, приходя с работы домой я замечаю, что у нее красные глаза – видимо она плачет, когда мы этого не видим. Похоже, что ее преследуют тяжелые воспоминания. Я уже видел нечто подобное – примерно так же вел себя мой дядька, вернувшийся из Афганистана. Полагаю, ей нужна квалифицированная помощь – не знаю только психологическая или психиатрическая. Поэтому и пришел к вам, как думаете – вы сможете ей помочь?
— Можно попробовать, - кивнула я, сделав несколько пометок в блокноте. – Но она должна сама прийти ко мне, добровольно. Это очень важно!
— Думаю, я смогу это устроить, - задумчиво ответил Николай. – Лишь бы это помогло, а то у меня сердце разрывается, стоит только услышать ее крики...
Ни для кого не секрет, что культурная идентификация, национальное строительство и национальное же сознание - вещи многослойные, формировавшиеся в условиях непредсказуемого и часто жестокого исторического процесса. Следствием этого, в числе прочего, является интересное явление современного мира - наличие государств, очень схожих в национальном и культурном планах, но в силу обстоятельств разделённых границами.
Внутри этого явления можно наблюдать страны, похожие на спутники планет - меньшие образования, близкие к более крупному. И когда я говорю близкие, я имею ввиду не только экономику и политику, но и культуру с идентичностью (и даже, наверное, их в первую очередь).
Вполне очевидный пример. Австрия - такая же южногерманская территория, как и Бавария (до XII столетия даже входила в состав Баварского герцогства). По сей день она остаётся местом, где доминируют немецкие язык и культура.
Даже если исходить из мнения, что австрийцы - отдельный от немцев народ, то он в любом случае очень с ними близок. Австрия вполне могла стать такой, как та же Бавария или какая-нибудь Саксония, но ей не позволил один нюанс - в 1276 году Рудольф Габсбург, хитрый и амбициозный феодал, с помощью удачного политического брака стал правителем Австрии. Его потомки разовьют методы взятия земель путём замужества или женитьбы ещё больше, заполучив под свой контроль огромные районы, ставшие Австрийской империей с центром в Вене.
Логично, что Габсбурги, правившие кучей негерманских земель, не могли ни объединить Германию, ни сделать Австрию её частью. Она вплоть до 1918 года оставалась имперским центром, пока гигантская держава на распалась и её ядро не стало небольшой страной. Хотя теперь препятствий для присоединения к Германии не было и оно даже временно имело место в 1938-1945 годах после нацистского аншлюса, по очевидным причинам Австрия остаётся независимым государством в наши дни.
Многие знают, что Эфиопия - единственная исторически христианская страна в Африке. Однако это неправда - она одна из двух таковых. Вторая - расположенная чуть к северу Эритрея.
Оба государства имеют христианское большинство, а также населены народами семитской языковой семьи. В Абиссинии это амхара - центральный этнос (но не большинство населения), а в Эритрее - их близкие родственники тиграи и тигре (85 процентов жителей).
Несмотря на близкое родство, амхара и тиграи имеют весьма плохие отношения. Ещё в года существования древней Эфиопской империи населённые ими северные области часто находились вне её контроля. Ситуация ухудшилась, когда прибрежные земли стали итальянской колонией, что привело к расширению пропасти между тиграями и амхара. Когда Италия ушла из Эритреи, последняя на полвека стала частью Эфиопии, но в конце концов всё равно отделилась в 1993 году.
Более того - тиграйское большинство в пограничном с Эритреей регионе продолжает восставать и добиваться преференций от столицы, в 2020-2022 годах там происходили серьёзные боевые действия и этнические убийства с обеих сторон. Вот такие братские африканские народы...
Имеет определённые сходства с Эритреей - населена народом, очень близким к более крупной стране (Сербии) этнически и религиозно , в отличие от своей большой версии, обладает выходом к морю, а независимость обрела относительно недавно.
Однако, суверенитет Черногории возник не на пустом месте - жители этой территории, в отличие от сербов, практически никогда не были под властью Османской империи. Черногорские племена по причинам, исходящим прямо из названия страны, смогли противостоять захватчикам и постепенно расширять подконтрольную территорию от гор к побережью.
Черногория отдельно от Сербии укреплялась до конца Первой мировой войны, когда стала частью Югославии. В её составе черногорцы никогда не конфликтовали с сербами, а многие из них становились ярыми сербскими националистами. Даже несмотря на века разделения, это был и остаётся если не один народ, то во всяком случае - два очень близких. И тем не менее исторические обстоятельства сделали Черногорию с Сербией отдельными государствами.
Не уходя от осколков Югославии, обратимся к стране-парадоксу - Северной Македонии. Она называется как древнее эллинистическое царство, но при этом культурно полностью славянское. Претендует на античное наследие, однако занимает меньшую часть земель родины победителей Ахеменидов. Даже независимым является только оттого, что в ходе Балканских войн 1912-1913 годов Сербия не дала Болгарии взять её, хотя македонцы гораздо большие родственники болгар, чем сербов. Это позднее сделало её республикой Югославии и независимой в современности.
В общем, странное образование. Наиболее близкое к Болгарии, оно, тем не менее, долгое время именовалось просто "Македония". Афины были этим, что вполне ожидаемо, недовольны, поскольку для них данное название - всё равно, что претензия на греческий регион. Поэтому имело место длительное разбирательство , по итогу которого в начале 2019 года Греция добилась переименования соседа в то, что есть сейчас.
Сей ближневосточный остров (а географически он именно таков), весьма похожий на более западный Крит, мог легко пойти по стопам вотчины минотавра, присоединившись к Греции, но из-за того, что ещё с 1878 года контролировался Британией как стратегический пункт в Средиземном море, стал отдельной страной в 1960 году.
Киприоты долго добивались воссоединения с Грецией, но им "мешала" турецкая община (20 процентов островитян). В своё время такой же "помехой" турецким националистам служили анатолийские греки и армяне, из-за чего те совершили их геноцид. Видимо, помня это, руководители кипрских греков с помощью самой Греции решили совершить объединение, не спрашивая мнения турок, что спровоцировало массовые столкновения на этнической почве. Турция использовала конфликт как повод для вторжения и оккупации северной части острова, где создала "независимое" протурецкое образование.
Данное обстоятельство так и оставило Грецию с Кипром близкими во всех смыслах, но по-прежнему отдельными друг от друга.
Сложно сказать, с кем современный Азербайджан связан больше - с Турцией или с Ираном. Если говорить о большей части истории, то, вне всяких сомнений, со вторым - название его иранское (первоначально - Атурпаткан), азербайджанцы в большинстве своем - потомки говоривших на вымершем иранском языке азери, в стране по сей живут ираноязычные таты и талыши в большом числе, а ниже данного обломка СССР расположен иранский Южный Азербайджан.
Однако завоевание Северного Азербайджана Российской империей и его заметные индустриализация и модернизация после этого привели к тому, что там расцвели идеи тюркского национализма (здесь иранцы были ещё в Средние Века тюркизированы сельджуками). В советскую эпоху национальная политика была такова, что именно тюркская идентичность стала безоговорочно доминирующей в среде большинства северных азербайджанцев.
После 1991 года тенденция на "тюркскость" с утроенной силой поощряется правительством, а влияние Турции, увидевшей в этом возможность усилить своё присутствие на Кавказ, только подстёгивает Азербайджан всё более и более уходить от иранских корней, что выражается в значительном отрицании связи с Персией, дискриминации татов и талышей и использовании в качестве де-факто государственной идеологии тюркского национализма.
Азербайджан в нынешнем виде - скорее мини-Турция, чем волею судеб отделённая часть Ирана, хотя заметные элементы прошлого там по-прежнему наличествуют. Возможно, они когда-нибудь снова возобладают, но это пока неизвестно.
