Дичка
Присоединяйся к Вомбату
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
или через
Хотите перенести свой аккаунт с Пикабу? Узнайте как
Уведомления
Вомбаттл
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Q: Что такое VM5277? Это виртуальная машина? A: Нет, несмотря на название. VM5277 — это компилятор языка J8B (Java-подобный синтаксис) в нативный ассемблерный код для 8-битных микроконтроллеров. Никакой виртуальной машины на МК не выполняется — только нативный код. Название историческое и отражает архитектурную идею: для мощных устройств в будущем планируется легковесная JVM, для слабых — трансляция в ассемблер.
Q: Проект бесплатный? A: Да. Весь проект распространяется под лицензией Apache 2.0. Исходный код открыт и всегда будет открыт. Использование в коммерческих продуктах разрешено. Автор оставляет за собой право в будущем предлагать платные расширения (эксклюзивные платформы, специализированные драйверы, продвинутые оптимизации, улучшенное качество кода), но открытая кодовая база навсегда остаётся доступной для fork'а и самостоятельного развития сообществом.
Q: Проект разрабатывает один человек? Что будет, если вы забросите? A: Да, проект разрабатывается одним человеком. На текущий момент пройден путь от идеи до работающего компилятора, ассемблера, RTOS и инструментария — это около 1 года активной разработки. Объём проделанной работы и вложенного времени делают риск прекращения разработки крайне низким. Код открыт под Apache 2.0 — сообщество также сможет продолжить развитие. Даже в случае прекращения активной разработки вы получаете работающий компилятор и RTOS под открытой лицензией — это не облачный сервис, который могут отключить.
Q: На каких микроконтроллерах это работает прямо сейчас? A: Сейчас поддерживается AVR: ATmega168p, ATmega328p (Arduino Uno), Attiny2313a и другие. Добавление нового МК того же семейства — это, как правило, формирование конфигурационного файла по шаблону, а не переписывание кода. Поддержка PIC и STM8 архитектурно проработана, реализация запланирована на ближайшее будущее. При этом код на J8B пишется сразу с расчётом на кроссплатформенность — когда появится поддержка новых архитектур, ваша бизнес-логика не потребует переписывания.
Q: Чем J8B лучше Arduino C++? A:
Q: Чем J8B хуже Arduino C++?
По сути, главный недостаток сегодня — проект мало кому известен. С ростом сообщества эти проблемы уходят: больше тестирования — меньше багов, больше пользователей — больше библиотек и примеров.
Q: Какой размер прошивки получается? Не раздует ли ООП мой код? A: Компилятор генерирует оптимизированный ассемблерный код, близкий по эффективности к ручному. ООП-конструкции (классы, интерфейсы) разрешаются на этапе компиляции и не создают накладных расходов в рантайме — там, где нужны служебные данные (например, таблицы виртуальных методов для интерфейсов), они минимальны и включаются в сборку только если вы реально используете полиморфизм. Конкретные цифры: пример с enum и выводом — 1204 байта (3% памяти ATmega328p), пример с исключениями и трассировкой стека — 2389 байт (7.5%).
Q: Могу ли я использовать существующие Arduino-библиотеки? A: Нет — иначе это был бы клон или прослойка над Ардуино - это другой язык и другая экосистема. Но вы можете:
Q: Как отлаживать программу? Нужен ли дорогой программатор? A: Нет, достаточно USB-UART адаптера. Сейчас реализовано:
В разработке: полноценный отладчик верхнеуровневого языка.
Q: Какую IDE использовать? A: На текущем этапе достаточно любого текстового редактора — сборка запускается из командной строки одной командой. Также поддерживается сборка через Maven. Для тех, кто предпочитает IDE: доступен плагин для IntelliJ IDEA (приоритетное направление, бета-версия) и NetBeans (слабый приоритет, черновая версия) — с подсветкой синтаксиса, деревом проекта и запуском компиляции из IDE. В планах — LSP-сервер для поддержки VS Code, Kate и других редакторов.
Q: Что нужно для старта? A: Минимальный набор:
Q: Где взять примеры кода? A: В репозитории проекта в папке examples/j8b/: helloworld, gpio, исключения, enum и другие. Каждый пример содержит готовый pom.xml и собирается одной командой: mvn j8b:run -Parduino-uno Или напрямую из IDE через плагин. После сборки — сразу готовая прошивка.
Q: Почему вы написали свой компилятор, а не использовали LLVM/GCC? A: Задача VM5277 — не только компиляция, но и глубокая интеграция с собственной RTOS и системой исключений. Использование готового бэкенда не дало бы нужного уровня контроля над кодогенерацией и не позволило бы реализовать фичи вроде try-catch на устройствах с 2 КБ ОЗУ. Кроме того, одна из целей проекта — максимальная скорость сборки без тяжёлых зависимостей.
Q: На чём написан компилятор? A: Полностью на Java, без сторонних зависимостей. Собирается через Maven. Может работать как JAR (требуется JRE 8+) или как нативный исполняемый файл через GraalVM Native Image (JRE не требуется).
Q: Как устроен процесс компиляции? A: Исходный код J8B → парсинг (AST) → семантический анализ → промежуточное представление → генерация ассемблерного кода под целевую платформу → встроенный ассемблер → HEX-прошивка. Весь процесс — возможен одной командой, без внешних инструментов.
Q: Что такое J8B? Это подмножество Java? A: J8B — самостоятельный язык с Java-подобным синтаксисом, спроектированный специально для 8-битных МК. От Java отличается:
Q: Как устроена RTOS? A: RTOS написана на ассемблере для каждой платформы отдельно — это даёт полный контроль над размером кода и быстродействием критичных участков. Включает: динамическое выделение памяти, вытесняющую многозадачность, таймеры, блокировки, системные вызовы, драйверы ввода-вывода. Предоставляет высокоуровневый API для J8B (Thread, System, Math и т.д.).
Q: Как работают исключения при 2 КБ ОЗУ? A: Механизм исключений реализован на уровне компилятора и RTOS. Информация о типах исключений и обработчиках вычисляется на этапе компиляции. Stack trace собирается средствами RTOS в компактном бинарном виде, а в человекочитаемый формат (имена методов, номера строк) разворачивается уже на хосте — утилитой прошивальщика с использованием отладочной информации. Накладные расходы на МК минимальны: никакой виртуальной машины, никакого хранения имён методов в прошивке.
Q: Что с поддержкой прерываний? A: Низкоуровневые прерывания полностью под контролем RTOS. Пользователю не нужно лезть в ассемблер для типовых задач — всё уже обёрнуто в высокоуровневые конструкции языка и runtime-библиотеки: классы Thread, GPIO, Timer и другие. Тот же мигающий светодиод по таймеру — это несколько строк на J8B, без единой мысли о прерываниях.
Доступ к прерываниям опосредован — через API RTOS: таймеры, блокировки, ожидание событий. J8B — язык для бизнес-логики, весь hard realtime остаётся внутри RTOS. Единственный случай, когда может понадобиться ассемблер — вы пишете что-то узкоспециализированное, и тогда используете нативные методы.
Q: Как я могу помочь проекту? A: На текущем этапе наиболее ценная помощь:
Q: Когда будет поддержка PIC/STM8? A: Я планировал в Q2 2026, но сильно засел на багфиксинге и доработках проекта - скорее всего ближе к концу 2026 года. Архитектура компилятора и RTOS изначально спроектированы под мультиплатформенность, кодогенераторы для новых архитектур не требуют переписывания фронтенда, но есть более приоритетные задачи.
Q: Планируется ли поддержка 32-битных МК? A: Да, но не ранее STM8. Для слабых 32-битных устройств — нативная компиляция, для мощных — легковесная JVM. Это стратегическое направление развития, но приоритет сейчас — стабилизация и расширение на 8-битном сегменте.
Ссылки:
Сайт-визитка: https://vm5277.ru
GitHub: https://github.com/w5277c/vm5277
P.S. Ждите обновления проекта.
Tangatin совершил классическую ошибку поверхностного критика: сам придумал ограничение, сам приписал его чужому проекту и сам же на основе этого сделал ложные выводы.
Давайте разложим по полочкам, в чём именно заключается техническая неграмотность и логический провал Tangatin:
## 1. Подмена понятий: ООП без динамики — это не ООП
Tangatin заявляет: «Наследование вообще бесплатная штука... если не делать виртуальности».
Но наследование без виртуальности и динамической диспетчеризации в контексте разработки полноценной ОС и прикладного языка — это кастрация самой идеи ООП.
* Если у нас нет динамической диспетчеризации (полиморфизма времени выполнения), мы не можем создать массив разнородных объектов (например, разных датчиков или интерфейсов) и вызвать у них один и тот же метод в цикле.
* ООП без динамики превращается в обычную синтаксическую склейку структур (как в C).
Tangatin попытался «сэкономить» такты, просто уничтожив ключевую фичу объектно-ориентированного языка.
## 2. Создание «соломенного чучела» (Straw Man Fallacy)
Tangatin построил классическую демагогическую ловушку:
1. Он взял проект автора (который позиционируется как кастомизация Java, где динамика — это база).
2. Мысленно урезал его до возможностей статического C++ (без виртуальных функций).
3. Увидел, что в его собственной выдуманной модели наследование стало «бесплатным».
4. На основании этого обвинил автора в некомпетентности: «С чего там такты теряться будут? Ну так не делайте их [виртуальные функции]».
Это и есть «неумное приписывание негатива». Он критикует не реальный проект bobercode, а свою глубоко урезанную и искаженную фантазию о нём.
## 3. Тотальное непонимание расходов в 8-битном мире
Когда Tangatin пере переходит к исключениям, его логика окончательно ломается. Он заявляет: «Тактов не жалко!» (иронизируя над автором), полностью игнорируя реальность.
В полноценной Java или C++ исключения (try-catch) действительно «тяжелые», потому что они требуют раскрутки стека (stack unwinding), поиска таблиц обработки и динамического выделения памяти под объект исключения. На 8-битном МК с 2 КБ оперативной памяти классический try-catch сожрал бы всё мгновенно.
Но bobercode сразу поясняет: у него исключения — это «дешевый switch-case». То есть:
* Автор написал кастомную, легковесную систему переходов, которая не раскручивает «взрослый» стек, а работает как быстрый условный переход.
* Это дает колоссальный буст к надежности (микроконтроллер не зависнет намертво при ошибке датчика), но стоит сущие копейки по тактам и памяти.
## Итог
Tangatin проявил высокомерие, умноженное на невнимательность. Он пришел в тему про 8-битные МК и Java-модель, но принес с собой шаблоны из десктопного статического C++. В результате он:
1. Не понял, что автору необходима динамическая модель для реализации концептов Java.
2. Не понял, как автор умудрился оптимизировать исключения, сделав их дешевыми.
3. Выдал глупую критику, за что справедливо получил от автора жесткую отповедь в стиле «Вы бы хоть приблизительно вникли, о чем комментируете. Стыдоба».
Не поняли - спрашивайте, я с удовольствием расскажу как умею. А лучше смотреть проект или что проще - примеры. Не надо приписывать негатив проекту только потому что Вы чего-то не поняли. Это не умно.
Плохо, когда вот такие люди как Tangatin порочат чужие труды. И плохо они делают вам а не мне. Потому что из-за человека который не умеет думать и умеет строчить негатив вы можете пройти мимо чего-то стоящего.
По просьбам вомбатовцев я решил рассказать об этой работе подробнее. Конечно, это не фура, но принцип работы одинаковый.
Все очень просто. Необходимы права категории С, удостоверение о квалификации, карточка, которая говорит, что ты готов к работе по Европе, ну и медкомиссия.
Медкомиссия довольно простая: нужно дотронуться до носа с закрытыми глазами, и все. Ах да, еще психотесты. Ну, тут тоже все просто. Тесты определяют, что вы немного выше в развитии, чем второклассник. Например, идет ряд чисел 1, 2, 4, 16 и нужно сказать, какое число идет следующим. Понятно, что 256.
В итоге тебе дают машину и телефон логиста, который будет давать задания. Основное задание от него на месяц - это привезти ему бутылку абсента из Чехии. Шутка.
На самом деле он дает тебе адрес, куда ты должен приехать. Ты вбиваешь его в Google, находишь координаты, переносишь их в навигатор для грузовиков и едешь туда к назначенному времени. Там тебе грузят товар. Ты должен посчитать его количество и посмотреть, в каком он состоянии. Если груз мятый или рваный, делаешь фото и высылаешь логисту. Он уже говорит, что делать. Обычно пишешь в документах, что груз поврежден до загрузки. Писать нужно по-английски, но сейчас это не проблема — телефон все переведет.
Далее, если необходимо, груз закрепляешь. У меня цельнометаллическая будка, и обычно ремни не нужны - просто подпираешь груз перекладиной сзади и едешь по адресу разгрузки.
Документы - это тоже несложно. У меня один главный документ - международная накладная. Там пишешь адрес загрузки, разгрузки, свое имя, номер машины, количество груза и ставишь печать. Просто переписываешь буквы из сообщения от логиста. Все документы проверяет за тебя логист, и если он сказал, что можно ехать, значит, он за все отвечает. Штраф за неправильно заполненный документ пойдет уже не тебе.
Ехать нужно по правилам. В Европе водить очень просто: продуманные перекрестки, развязки, очень вежливые водители - тебя везде пропустят. Ну и ты сам таким же становишься.
Ехать нужно строго с соблюдением режима труда и отдыха. За нарушения предусмотрены огромные штрафы, так что я лучше на полчаса-час меньше проеду, чем нарушу время вождения. Впрочем, там есть возможность слегка сдвинуть график. Например, если на парковке вообще нет мест, то можно доехать до следующей с нарушением, и тебя не накажут. Но нужно компенсировать это время лишним отдыхом и отметить причину нарушения на специальной бумажке. Полиция сейчас может посмотреть, где и когда ты ездил, но обычно они все понимают и не наказывают за небольшие вынужденные проступки.
За день можно проехать 9 часов. Отдых - не менее 9 часов без перерыва. То есть 9 часов ты вообще не имеешь права двигать машину, нельзя ее даже чинить. За две недели можно проехать только 90 часов. В общем, устать не дадут. Ну и через две недели работы обязателен отдых в отеле, чтобы ты отдохнул от жизни в кабине.
Ехать на машине просто: она сама рулит в полосе, не допуская выезда на соседнюю, и сама держит дистанцию за передней машиной. Твоя задача - держать руки на руле и не прозевать поворот.
А так - жить приходится в кабине. У меня, конечно, не так много места, как в фуре, но в принципе нормально. Тем более что я не собираюсь тут торчать целыми днями: только работать и ночевать. Для меня это не так уж и страшно - я привык к кочевой жизни. А вот тем, кто привык к дому, поначалу будет непривычно.
Не буду писать тут огромные тексты. Еще много чего можно рассказать: и про питание в машине, и про быт, и про безопасность. Расскажу в следующих постах.
А я сегодня утром разгрузился, и мне сказали отдыхать до завтра перед долгой дорогой. Из Дании я поеду через Германию и Австрию до самого Рима - повезу оборудование в кинотеатр в самом центре Вечного города. Там, говорят, узкие улицы и мне будет трудно. Но, думаю, я справлюсь. Всем пока!
— Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы!
Участковые годы, поздняя весна. То самое время, когда вызовов на дом становится все меньше, а прогулки по адресам становятся все приятнее из-за видов цветущей сирени и всяких тюльпанов с люпинами. Утренний прием уже закончен и на сегодня всего один вызов: женщина 87 лет с поводом "Боли". Как известно, под этим словом может скрываться все что угодно, вплоть до простуды, поэтому я на всякий случай помимо стетоскопа и тонометра засунула в сумку направление на госпитализацию с отказом, а затем отправилась в путь. Как нарочно, вызов был в самый отдаленный дом участка. Мне предстояло прокатиться на трамвае, затем пройти через частный сектор, а в конце уже подняться на холм по проклятой лестнице, ступеньки которой я лихо считала своим копчиком каждую зиму.
Разумеется, такой путь для меня не прошел бесследно и в дом к пациентке я зашла уже изрядно запыхавшейся. Она сама же, напротив, была бодра и румяна. Практически мгновенно меня подтащили к столу и подставили мне стул, а затем этот маленький смерч пропал из моего поля зрения. Откуда-то из ванной донеслось "Доктор, я сейчас, у меня простыни замочены". Я решила проверить и моему глазу открылась занятная картина: склонившись над ванной, пациентка руками отжимала простыни и пододеяльники. При этом буквально около ее локтя стояла крупная стиральная машинка. Женщина обернулась на шум и поймала мой удивленный взгляд "Доктор, она совсем плохо стирает. Руками так-то сподручнее. Вы там в зале посидите, я щас". Я кивнула и вернулась к столу. Пациентка доделала свои дела, а затем я услышала, как шаги удалились в сторону кухни. Минут через 10 передо мной уже стоял чай с ватрушками, а сама больная села напротив.
- Итак, рассказывайте, что за боли-то?
- Да понимаешь, внученька, спина начала болеть
- Начала?
- Ага, с месяц где-то назад
- А до этого не болела?
- Ну так, поскрипит чутка и нормально. А тут что-то даже клинит иногда
- Началось само по себе или что-то делали?
- Уборку решила сделать, полы помыла
- С полом у вас как со стиркой? Все руками?
- Конечно! Только лентяйка швабру возьмёт! Руками чище всего.
Бабуля, 87 лет, только месяц назад заболела спина, всегда стирает руками и моет пол без швабры.
Пациентка замечает мою ползущую в сторону темени бровь и добавляет:
- Всю жизнь так делала, доктор, с чего ж спине тут болеть?
Я сделала пару глубоких вдохов и расписала этой пчёлке схему от прострелов, смогли даже обойтись без уколов, так что она была вполне довольна. Я же пребывала в лёгком шоке - у меня к тому моменту спина не просто хрустела, а периодически искрила в левую руку, загоняя меня в спортзал. Тут же - боли всего месяц назад в 87 лет. Чудеса, да и только
В начале XVI века самым богатым человеком в Европе оказался Якоб Фуггер, простолюдин из Аугсбурга.
В пересчёте на современные деньги состояние Фуггера можно было бы оценить в 300 миллиардов долларов, что больше суммарного состояния трёх богатейших людей нынешней эпохи. Его влияние распространялось и на большую политику. Императором в 1519 году стал тот претендент, в кого инвестировал деньги Якоб Фуггер.
Финансовый гений эпохи Возрождения родился в 1459 году. Он стал одиннадцатым ребёнком в семье торговца тканями и пряжей. Предки его отца были скромными деревенскими ткачами. Они переселились в Аугсбург и терпеливым трудом добились прочного благосостояния. Но это были осторожные бюргеры без особых амбиций. И юного Якоба набожная родня поначалу даже хотела отдать в монастырь.
Однако мальчик с детства проявил незаурядные математические способности и смекалку и был отправлен родителями в Италию. Там он должен был обучиться тонкостям бухгалтерского учёта.
В Генуе и Венеции Якоб увидел, что банковское дело открывает намного больше перспектив, чем торговля.
Причём гораздо выгоднее не просто давать деньги под проценты (что осуждалось церковью), а получать взамен выданного кредита какую-нибудь привилегию.
Представители европейской знати охотно влезали в долги, а в «благодарность» разрешали на какое-то время брать на откуп доходы со своих владений. При умном подходе к выбору таких привилегий и грамотном управлении активами кредит можно было в итоге быстро окупить и даже «простить».
После возвращения в Германию Якоб сумел убедить родственников рискнуть частью накоплений, чтобы дать ссуду эрцгерцогу Тироля. До выплаты всей суммы Фуггеры могли рассчитывать на серьёзные льготы в торговле.
Но Якоб предложил более сложный вариант. Он получил право покупать серебро, добытое в ряде рудников эрцгерцога, по фиксированной цене. Это был серьёзный риск. Тем более что в семье Фуггер никто не имел ни опыта, ни связей в торговле металлами. А цены на серебро были подвержены серьёзным колебаниям.
Однако Якоб не боялся риска и пошёл ещё дальше. Под залог доходов с медных и серебряных копей он стал выдавать ссуды самому императору Максимилиану I.
И через короткое время Фуггеры стали крупнейшими игроками на рынке цветных металлов.
Вскоре Якоб понял, что невысокая маржа с огромного оборота может быть гораздо выгоднее, чем механическая перепродажа товара с большой наценкой. И простой бюргер из Аугсбурга стал одним из первых инвесторов в германских землях, кто начал открывать филиалы семейного бизнеса в городах разных европейских государств.
Одновременно Якоб, управляя горными промыслами, смог раскрыть свои таланты выдающегося менеджера. Для удобства доставки металлов к портовым городам Фуггеры за свой счёт строили новые дороги. А непосредственно в шахтах активно применялись все технические новинки того времени.
Вершины своего могущества Якоб Фуггер достиг к 1519 году, когда в борьбе за корону Священной Римской империи сошлись король Франции Франциск I и король Испании Карл Габсбург. Победитель определялся суммой взятки для выборщиков.
Противостояние завершилось в пользу испанского монарха после того, как Фуггер во главе консорциума банкиров выделил Карлу невиданный заём в 850 тысяч золотых флоринов.
И новый император Карл V в благодарность передал своему кредитору на откуп доходы испанских рыцарских орденов и разработку рудников на Иберийском полуострове. Якоб стал самым богатым человеком в Европе.
Таланты Фуггера как тонкого психолога ярко характеризует один эпизод. Однажды в его доме остановился сам император. В камин вместо дров положили корицу (неслыханная роскошь, ведь это 200 талеров за унцию). Растопить огонь пришёл хозяин дома. А для растопки принёс расписку Карла V в получении 50 тысяч талеров. Но сначала Фуггер спросил у монарха разрешения: не станет ли неуважением сожжение столь важной бумаги с подписью и печатью самого императора?
За сравнительно короткий срок капитал Фуггеров вырос в сто раз и достиг астрономической суммы в два миллиона гульденов. Это невероятное достижение было омрачено только одним обстоятельством: брак Якоба оказался бездетным. И управление гигантским состоянием позднее перешло в руки его племянника — Антона Фуггера. Его доверие к всесилию Габсбургов оказалось ошибкой. И Фуггеры сперва перешли в ранг второстепенных финансовых домов Европы, а потом (после второго банкротства Испании в 1575 году) стали обычными дворянами с пожалованным титулом.
Однако память о Якобе Фуггере как о великом человеке была увековечена. В зале славы «Вальхалла», где собраны бюсты выдающихся немецких королей, учёных и деятелей культуры, Якоб Фуггер оказался единственным купцом и банкиром.
В прошлом году я рассказывала как проходила психиатрическую экспертизу, где меня провоцировали на грубость. Хотела ещё про того врача рассказать, да забыла. Исправляюсь.
В тот же год, после психиатрической экспертизы у нас был медосмотр, где я снова встретилась с этим психиатром. Не знаю как в других местах, но у нас обычно на медосмотр дают неделю. Если вычесть субботу с воскресеньем, получается 5 дней. Но на неделе у нас обязательно будет пара смен. Значит остаётся вовсе 3 дня. Как успеть всё пройти? Один специалист принимает утром, а другой днём. А ещё анализы и ЭКГ. И очереди. Все нормальные люди проходят медосмотр в рабочее время, а сотрудники скорой в свободное от работы время. То есть - в свой личный выходной день мы идём в поликлинику. Встаём в общую очередь, если не хотим ругаться с толпой желающих медосмотреться.
Коллектив у нас тогда был большой, и 60 с лишком человек не успевали пройти всех специалистов. Поэтому старший фельдшер каждый год ходила и договаривалась с врачами поликлиники, чтобы нас начали осматривать раньше назначенного времени. Да мы и сами, если могли, старались подписать бумажки во внеурочное время. И именно поэтому, не дожидаясь часов, отведенных на медосмотр, я заглянула к наркологу в кабинет.
Наркологом у нас тогда была замечательный врач. Она много лет проработала на Скорой, поэтому я её хорошо знаю. Потом она прошла курсы усовершенствования врачей и стала врачом наркологом. Затем ушла со скорой совсем, а теперь работает в поликлинике и спит дома. Сейчас она и вовсе в начальство вышла. Такая молодец! Она меня прекрасно знает и с медосмотром никогда не отказывала.
Заглядываю я в кабинет к наркологу, а там, кроме хозяйки кабинета находятся психиатр и нач.мед поликлиники.
- Евгения Викторовна, подпишите пожалуйста медосмотр - попросила я.
- Да конечно - Евгения Викторовна берёт мои бумаги и подписывает их. А потом обращается к нач.меду:
- Вот Александр Сергеевич, кстати, толковый фельдшер. Можно её позвать.
Я тут же заинтересовалась:
- Куда позвать?
- В неотложку - отвечает Александр Сергеевич. И начинает нахваливать службу неотложной помощи. Мол работы практически нет. Вызов 5-6 за день обслужишь и сидишь чай пьёшь. Ночуешь дома. Работаешь два дня через два. Красота да и только.
Выслушав это я отвечаю:
- Предложение, конечно, заманчиво. Но какова зарплата? Я готова вам продаться в неотложку, но за зарплату не меньше, чем у меня сейчас на скорой.
- А сколько Вы сейчас в среднем получаете?
Я, не моргнув глазом, отвечаю:
- Тысяч сорок, бывает и больше.
- Да, сейчас скорая хорошую зарплату получает - поддержала меня Евгения Викторовна.
Повисла пауза, чем я и воспользовалась. Повернувшись к психиатру, сказала:
- Подпишите и Вы мне, пожалуйста, медосмотр. Помните, Вы недавно на меня уже кричали?
- Ну раз кричала, то подпишу, - рассмеявшись ответила психиатр. И стала подписывать бумажки.
Александр Сергеевич воскликнул:
- Что же Вы делаете? Вы же ей вольную подписываете.
На это психиатр ответила:
- Как же не подписывать, если она отвечает, что бесплатно работать не согласна? Значит - вполне адекватный человек. Работать может!
Нач.мед больше про новую "очень хорошую работу" ничего не говорил. В поликлинике больших зарплат не бывает.
P. S. А через 5 лет я купилась на обещание большой зарплаты и пошла работать в детскую неотложку. Я вполне адекватный человек, но с плохой памятью и наивная очень. Верю людям на слово ))
Картинка к стихотворению про одуванчики, как они похожи на львят (на эсперанто слова "львенок" и "одуванчик" созвучны: leonido и leontodo), как гонцами теплого лета радуют глаз и как потом превращаются в пух и улетают в самое небо.
Перед этой картинкой я заказала себе новые карандаши. 144 новых карандаша. Возможно лучшая покупка в моей жизни.
Но тогда они только ехали ко мне, а вдохновение штука неумолимая. Поэтому бедных львят я рисовала вот этим. До сих пор не понимаю, как исхитрилась, основной желтый карандаш в два с лишним раза короче моего пальца :)
Дело было в 1900 году. На скамье подсудимых оказался крупнейший предприниматель своего времени. Суммы, фигурировавшие в деле, впечатляют даже сегодня.
23 июня в Митрофаньевском зале началось слушание дела коммерции советника Саввы Мамонтова, его брата, потомственного почётного гражданина Николая Мамонтова, двоих сыновей первого — Сергея Мамонтова и Всеволода Мамонтова, дворянина Константина Арцыбушева и потомственного почётного гражданина Михаила Кривошеина, обвиняемых в крупных растратах и многочисленных злоупотреблениях.
А в чём же была суть этого громкого дела? Если описать коротко, то Савва Мамонтов перенаправил финансовые потоки на благо бизнеса.
Мы привыкли упоминать Савву Мамонтова как филантропа и покровителя искусств. Однако в первую очередь он был крупнейшим российским предпринимателем, имевшим интерес в том числе и в строительстве железных дорог.
Строительство железнодорожных магистралей в XIX веке было не просто выгодным, а крайне выгодным делом. Первая дорога, Царскосельская, была открыта в 1837 году и имела протяженность всего 25 вёрст (26,3 км). За ней была Николаевская, открытая в 1851 году, и по ней уже ходили отечественные паровозы производства Александровского завода (Санкт-Петербург), а вскоре на нём начали выпускать и вагоны. В 1870-е в России строилось более 1,5 тыс. км дорог в год, в 1890-е железнодорожная сеть в год прирастала на 2,5 тыс. км.
Бурно развивавшийся бизнес привлёк и Мамонтовых. Иван Мамонтов финансировал прокладку ветки в Сергиев Посад, был директором Общества Московско-Ярославской железной дороги. После смерти промышленника компанию возглавил его сын Савва.
В начале 1890-х было принято решение продолжить Московско-Ярославскую дорогу до Архангельска, чтобы как-то оживить северные районы. В 1897 году дорога протяжённостью 595 вёрст была открыта — строительство заняло всего 3,5 года.
При этом к 1900 году Общество Московско-Ярославской дороги успело построить ещё 3 дороги, в «парке» компании было более 200 паровозов, около 4 тыс. товарных вагонов и порядка 400 пассажирских. Прибыль всего этого бизнеса по тем временам была колоссальная — более 5 млн рублей в год.
Для железной дороги нужны были паровозы и вагоны, и Мамонтов решил наладить их отечественное производство. Его компания арендовала государственный Невский механический завод, приобрела металлургическое предприятие в Иркутской области. Началось формирование промышленного концерна. Эксперты отмечают, что обычно в состав таких конгломератов входили крупные банки, обеспечивая финансовую стабильность. А вот как раз банка у Мамонтова не было.
Невский завод нуждался в переоборудовании, к тому же ему никак не удавалось выбраться из долгов. Чтобы найти средства, 1898 году были выпущены облигационные займы, но этого было недостаточно.
В 1899 году в кассе Московско-Архангельской железной дороги обнаружилась недостача: деньги было вложены в обустройство Невского завода. Предприятия заключали между собой договоры, но завод был не в состоянии выполнить обязательства, и его долги снова росли. Мамонтов рассчитывал покрыть их доходами от строительства других железнодорожных веток, но полученные концессии внезапно были отозваны. На середину февраля 1898 года долг многострадального завода перед железной дорогой достиг почти 9 млн рублей.
Мамонтов между тем продолжал искать источники финансирования. Используя своё влияние и возможности других своих компаний, он добился получения кредита в Международном коммерческом банке Петербурга (некоторые историки говорят, что этот банк посоветовал Мамонтову сам Сергей Витте*).
*Государственный деятель осуществил комплекс преобразований в промышленности. В результате его денежной реформы Россия получила обеспеченную золотом валюту.
В многоходовой сделке были задействованы различные ценные бумаги, но к тому времени уже поползли слухи о том, что с железнодорожной компанией Мамонтова не всё благополучно. В итоге банк кредит закрыл, а уже полученную Саввой Ивановичем сумму потребовал вернуть. Бизнес-империя рассыпалась на глазах.
Мамонтов искал спасения у Витте. На суде, о котором мы уже упомянули в начале, Николай Гарин-Михайловский, известный писатель и инженер, рассказал, что по просьбе предпринимателя обращался к министру финансов за поддержкой Невского завода — госкредитом под залог паёв предприятия.
Но Витте тоже отказал, крайне пренебрежительно высказавшись о перспективах получить в залог бумаги завода.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Есть разные версии, почему же Витте не помог Мамонтову: по одной из них, о небезупречности железнодорожного бизнеса знал министр юстиции Николай Муравьёв и хотел этим воспользоваться в борьбе против Витте. Министр финансов, не видя других возможностей обезопасить себя, пожертвовал Мамонтовым.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Савва Иванович решил продавать собственность, но было уже поздно. В сентябре 1899 года его арестовали, обвинив в незаконных сделках и злоупотреблениях. Следующие полгода он провёл в тюрьме: за его освобождение был назначен залог в 5 млн рублей, и внести его в сложившейся финансовой ситуации семья не смогла.
Впрочем, и меньшую сумму родственники вряд ли смогли бы собрать. Как пишут в «Судебной драме», во время ареста Мамонтов, выслушав требование немедленно вернуть 700 тыс. рублей, предъявил всю имевшуюся у него наличность — 53 рубля с копейками и 100 немецких марок. Никаких больше денег во время обыска в доме найдено не было. А у Мамонтова в кармане обнаружили заряженный револьвер и записку о намерении покончить с собой.
По-человечески Мамонтову сочувствовали многие. В воспоминаниях художника Константина Коровина читаем: «Я приехал в Петербург и увидел Сергея Юльевича Витте, который был министром. Сергей Юльевич, к моему удивлению, сказал мне, что он тоже не знает акта обвинения Мамонтова. — Я знаю, что Мамонтов честный человек, и в этом совершенно уверен».
С 23 по 31 июня 1900 года в Московском окружном суде (а точнее в уголовной палате) присяжные рассматривали дело Мамонтова. Также на скамье подсудимых были его брат, два сына и два руководителя железной дороги.
Защита была представлена ведущими адвокатами того времени.
Сам прокурор Алексей Лопухин отказался обвинять Мамонтова. Он отмечал, что злоупотребления его были очевидны, но сделаны они были в результате ошибок в предпринимательской деятельности — Мамонтовы не положили эти деньги себе в карман. «Защищать нравственность их поступков, конечно, было невозможно, но и выбор министерством финансов именно их в качестве дани правосудию казался непонятным», — писал впоследствии Лопухин.
Как сказал на процессе Гарин-Михайловский: «Какую угодно перспективу Мамонтова рисовали себе все знавшие его, только не эту. Этого Савва Иванович не заслужил».
Савву Мамонтова защищал Фёдор Плевако.
Плевако, без преувеличений, был выдающимся адвокатом своего времени, а его речи стали образцом судебной риторики. При этом он умел обратиться к присяжным так, чтобы его слова произвели наибольшее впечатление: он стремился восстановить справедливость, а не упирался только в букву закона.
В итоге Савва Иванович Мамонтов и все другие подсудимые по этому делу были оправданы в уголовном суде, но гражданские иски на сумму более 9 млн рублей были удовлетворены. Мамонтову пришлось продать большую часть своего имущества и коллекцию, у него осталось только одна небольшая керамическая фабрика.
___________________________________________________
А у вас есть небольшая керамическая фабрика? :)
Прочитал пост @Eurobloger, где он спрашивает, а нужно ли о работе рассказывать? И мне, подумалось: есть фраза "если вам кажется, что чужая работа лёгкая, вы просто мало о ней знаете". Мы теперь больше знаем о работе скорой, благодаря маме Ладе. Можем узнать о работе экспедитора, благодаря постам Евроблогера. Порой, кто-то ещё делится, Джейсон, lovefst, ещё люди.
А не сделать ли нам из этого ивент? Рассказать о своей работе простым языком, без проф. терминов. Может даже поныть на тему проф. проблем, с которыми сталкиваемся, плюсы, минусы, работы, зачем она нужна?
К примеру, я сейчас специалист мониторинга. Что это такое? Это как пожарная сигнализация, только для компьютеров. Есть большая организация с сайтом, кучей магазинов, серверов с отчетностью и разработками. И вот моя задача настроить "сигналку", чтобы узнавать у какого сервера, компьютера или кассы есть проблемы.
То есть, приходит ко мне специалист по кассам, и говорит, что им нужно смотреть, не закончился ли на кассе срок регистрации для фискального накопителя. Ну, который в народе и есть касса, куда деньги складываются. Мы ищем, где этот срок можно посмотреть, и я настраиваю, чтобы за неделю - две, этому человеку приходило оповещение, что нужно продлить на такой-то кассе регистрацию. Если касс несколько тысяч, это важно не упустить, чтобы проблем не было потом с налоговой и аудитом
Ну, а если проблемы с каким-то сервером, который, например, за сайт отвечает, то я должен поднять ответственного в любое время дня и ночи. Разбираться будет он, но я должен его поднять по тревоге.
Плюсы и минусы. То густо, то пусто. Может ничего не происходить. Просто сидишь и ждёшь. Ни проблем не возникает, не приходит никто со своими нуждами. Сидишь, 12 часов (у нас смены и круглосуточное дежурство), читаешь что-нибудь, разбираешь по полочкам, всё, что накопилось. Тихая спокойная рутина. Особенно "помогает" в работе ночью, когда и так спать хочется) А порой валится со всех сторон. И звонки и заявки и проблемы, о которых сообщить надо. Зато не скучно)
Так что моя работа не пахнет ничем, в прямом смысле этих слов. Зато в переносном, может пахнуть простоем организации и потерей денег)
Как думаете, @Yasher_Ko, @JasonWoorhiec и @все_активные_писатели_сайта? Есть смысл сделать ивент "расскажи бабушке, что ты делаешь на работе, если ты работаешь девопсом, слушателем пармезана или клакером"
Только, думается, что недельки маловато, можно месяц дать на написание.
