Зайчик
Скетчи:
Да, речь пойдёт о породившем много спорос детище русской инженерной мысли - Асуанской плотине.
Итак, по порядку.
Сначала была создана Старая Асуанская плотина строилась с 1899 по 1902 года. Её строили британцы и через какое-то время стало не хватать.
В 1954 году была установлена техническая возможность возведения плотины и гидроэлектростанции. Главный инженер новой (высокой) Асуанской плотины - Малышев Николай Александрович.
Строительстсво плотины было вопринято неоднозначно - кто-то видел в этом прогресс, археологи категорически протестовали против затопления древностей "Не отдадим храмы лампочке" ну и, конечно, экологи были против. В Нубии вынужденно были переселены около 90000 человек (думаю, они были резко на стороне экологов). Так, например, про президента Египла, начавшего эото проект в ССР были даже стихи популярны:
Живёт в песках и жрёт от пуза
Полукадет, полуэсер,
Герой Советского Союза,
Гамаль Абдель на-всех-Насер.
Из радиопередачи "Документы прошлого" от 10 апреля 2010 дачи оспоминания инженера Ивана Сметаны, записанные и опубликованные украинским журналистом Юрием Гаевым. Сметана рассказывал, что советских рабочих и специалистов было до 2 тысяч, они жили в двух специально построенных для них поселках, на обоих берегах Нила, в трех-четырехэтажных домах с кондиционерами, в поселках были школа, столовая, бассейн. Страдали все от непривычной жары. Египетских рабочих там же было тысяч около 30, они жили скудно, ночевали в глинобитных хижинах, крытых пальмовыми листьями, а то и просто на мешках из-под цемента. Зарплата у советских была раз в 10 больше, чем у египтян, хотя и для тех, по их меркам, это были очень неплохие деньги.
Отношение к работе у мусульман-арабов было своеобразное. Пять раз в день, бросив любое дело, они общались с Аллахом. Шофер самосвала мог остановить машину посредине пустыни, расстелить коврик, помолиться на нем и дальше поехать. У Мустафы, образованного инженера с бетонного завода, от молитв на лбу была шишка... В праздник Рамадан они соблюдали сорокадневный пост, когда с восхода и до заката солнца нельзя ни есть, ни курить. Жалко было смотреть, как и без того ослабленные люди изнуряли себя голодом. Это резко сказывалось на производительности труда. К серьезным работам, например, сварке ответственных швов египетских рабочих не допускали...Вспоминается анекдотический случай. На стройке была своя футбольная команда из арабских рабочих. Однажды с дружеским матчем приехали футболисты из Чехословакии. Посмотреть игру собрались многие. Видя, что чехи выигрывают, несколько тысяч арабов, не сговариваясь, выбежали на поле и стали молиться за победу. Сразу после этого чешский вратарь выбил сильным ударом мяч и попал в ворота противника. У арабов был шок, над стадионом повисла гробовая тишина. Советские, напротив, давились от смеха. Смеяться над местными обычаями категорически воспрещалось. Правда, через 2-3 года совместной работы с русскими сами арабы уже не так рьяно исполняли требования своей веры.К технике безопасности египтяне относились очень пренебрежительно. Не сосчитать, сколько на стройке погибло арабских рабочих. Наиболее жуткий случай произошел во время бетонирования одного из котлованов, когда сотни кубов лежащей сверху породы, обрушившись, заживо похоронили несколько десятков арабов. Целую неделю разгребали завал, вынимали останки. "Что же ваш Аллах не помог вам? - спрашивали русские арабов. - Наверное, плохо работаете, если он вас карает". Трагедия произвела на египтян впечатление, работать после аварии они стали гораздо лучше.
Пока шла стройка, ЮНЕСКО активно перетаскивало всё, что можно перетащить на места повыше. Часть памятников была отправлена в страны, наиболее активно принимающие участие в спасении древностей. СССР этом практически не принимал участия. Была отчаянна дама египтолог Кристиана Дерош-Ноблекур, которая несколько раз кидалась в ноги политикам, выбивая таким образом ещё денег для спасения древностей.
Само собой, что спасение памятников было даже более сложной инженерной задачей, чем их возведение. Храмы были разрезаны на блоки и перемещены повыше.
Из мемуаров египтолога Кристианы Дерош-Ноблекур:"Тех, кто сооружал плотину, не интересовали ни культура, ни поразительные памятники древности, которым, как говорил Рамсес Великий, "не было подобных со времен предков". Обратившись в ЮНЕСКО вместе с министром культуры Египта, Сарват Окашей 8 марта 1960 года, я сделала все, что могла, чтобы помешать вандалам стереть с лица земли Нубию, храмами которой вправе гордиться все человечество. Каждому свое. Кто-то заботится о дешевой электроэнергии, которую можно будет дорого продавать. Я заботилась о другом. Когда Исполнительный комитет ЮНЕСКО объявил о том, что невозможно спасти храм Амады, - не было ни денег, ни специальной техники: храм нельзя было распилить на части, потому что он был сооружен из хрупкого известняка, а его стены покрыты тончайшими рельефами, по сей день сохранившими роспись, - я бросилась в ноги генералу де Голлю. Я сказала ему, что мы должны быть другими, что мы должны думать о грядущих поколениях и не должны допустить, чтобы советская лампочка уничтожала величайшие памятники культуры. И он услышал меня: Франция взяла Амаду под свою защиту. Храм целиком был перемещен на четыре километра от русла Нила, на место, расположенное выше прежнего на 60 метров. Да-да, целиком, по рельсам, на колесах. Это был настоящий подвиг. Им можно гордиться. Можно ли гордиться плотиной, уничтожившей дома сотен тысяч египтян и суданцев? Сомневаюсь. И еще: я не видела советских специалистов ни на работах по спасению Абу-Симбела, ни в Калабше, ни в Дерре, ни на острове Филе - там, где были нужны реальные усилия и действия, а не слова"
В журнаре "Курьер ЮНЕСКО" 1961 года, который выходил на английском и французском языках, который распространялся по всему миру, специальный юбилейный номер журнала был посвящен кампании ЮНЕСКО, и в нем содержался призыв к частным жертвователям. И люди по всему миру, независимо от государств, собрали практически 1,5 миллиона долларов на спасение того же Абу-Симбела.
Из доклада ЮНЕСКО по Международной кампании по спасению памятников Нубии. Париж, 15 февраля 1980 года.В 1959 году ситуация в Нижней Нубии стала особенно угрожающей. В результате работ по созданию Высотной Асуанской плотины правительства Египта и Судана столкнулись с тем, что без значительной иностранной помощи они не смогли бы спасти те памятники и археологические зоны, которые оказались под угрозой затопления искусственным озером, образующимся за плотиной... Правительства Египта и Судана, таким образом, сочли необходимым подать срочное обращение в ЮНЕСКО... Исполнительный Комитет Организации, на своей 54-й сессии, в ноябре-декабре 1959 года... поручил генеральному директору подготовить срочный призыв к правительствам, организациям, общественным и частным фондам, всем людям доброй воли с просьбой предоставить технические и финансовые средства, чтобы спасти бесценные сокровища Нубии, оказавшиеся под угрозой полного уничтожения.Призыв, прозвучавший 8 марта 1960 года, стал началом беспрецедентного начинания... Для того чтобы выполнить задуманное, потребовалось двадцать лет. За это время пришлось организовать археологическое изучение района, протяженностью более тысячи километров (по 500 километров каждого берега), а также 22 крупных памятников, среди которых – великие храмы Абу-Симбела и острова Филе, которые были перемещены на новые места.
