Почему бы нам не назвать это Punk?

В середине 70-х годов, три товарища из Нью-йорка решаются на выпуск малотиражного журнала под броским названием "PUNK". Тематика журнала освещала рок-н-рольный андеграунд одного небольшого нью-йоркского клуба в котором играли такие группы, как: The Ramones, Velvet Underground, The Stoogies. А в самом клубе тусовались всего около сотни человек (причем половина из них пришла из мира искусства). В название журнала авторы вложили отражение самих себя: вечно бухие, неприятные, умные, но без выпендрежа, абсурдные, прикольные, ироничные, познавшие темную сторону. 

Рекламная компания и выпуск первого номера были довольно просты: взять интервью у какой-нибудь звезды, нарисовать карикатурную обложку и расклеить кучу объявлений с текстом "Панк идет!"

Дебби Харри: Авторы как два маньяка, носились по городу и развешивали объявления, что, мол, «Панк идет! Панк идет!». Мы думали, что это окажется еще одна говенная группа с еще более говенным названием.

В 1976 году, относительно неизвестные тогда, The Ramones случайно отправляются в тур по Великобритании, где английской публике заходит как музыка, так и майки с логотипом журнала "Punk".

"The Ramones: Сид Вишес ходил за мной хвостом. Это было еще до того, как он попал в Sex Pistols. Паренек был приятный и недалекий."

И вот, уже два года спустя, происходит ответный визит модной британской группы Sex Pistols в Америку, во время которого выясняется, что панк отныне - это вздыбленые волосы, цепи и булавки, а так же часть английской культуры.

"Да вы ничего не понимаете. Панк начался в Англии. Понимаете, там все сидят на пособии по безработице, им действительно есть на что жаловаться. На самом деле панк — протест против классовой несправедливости и экономических проблем, все дела…"

Ну а сам журнал, через некоторое время, прекратил своё существование. Как написал об этом один из авторов: "После турне Sex Pistols я потерял интерес к журналу Punk. Он перестал быть настоящим. Панк-рок перестал принадлежать нам. Он превратился в то, что мы всегда ненавидели. Казалось, что панк стал воплощением того, с чем наш журнал раньше яростно боролся."